Мой затуманенный мозг слишком занят ощущением ее руки, и я не замечаю, что она уже убрала ладонь и снова уходит.
Я иду рядом с ней.
— О, да ладно. Не будь такой.
— Я не такая, — просто отвечает она, выключая фонарик на телефоне. — Я не обязана тебе ничего говорить.
— Ладно, пусть будет так, Персик, — усмехаюсь я, слыша, как она ворчит, ускоряя шаг.
Я мог бы сказать, что она просто перенапрягается, но не делаю этого. Мне это доставляет слишком много удовольствия.
— Итак, Персик…насколько я помню, это не Миртл-Бич.
Тишина.
— Значит, твои родители не знают, что ты в Майами?
Снова молчание.
— Ты сделала правильный выбор, — усмехаюсь я. — Я обещаю, что в Майами намного лучше, чем в Миртл.
Она упрямая. Мне это нравится.
— Я бы тоже солгал своим родителям. Не знаю, кто, черт возьми, мог поехать на выпускной в Южную Каролину.
Я ожидал тишины, но вместо этого она откидывает голову назад, издавая громкий, раздраженный стон.
— Что?
— Решение приехать в Майами было принято в последнюю минуту.
Когда мы доходим до выступа, она останавливается и думает, как подняться обратно. Я собираюсь сказать, что справа от нас есть ступеньки, но тут она смотрит на меня.
— Послушай, я не собираюсь с тобой спать, так что, если думаешь, что это произойдет, то зря тратишь время.
Я хихикаю, потирая затылок.
— Это не то, что я…
Она складывает руки на груди, пригвоздив меня взглядом.
— Да, это приходило мне в голову, — честно отвечаю, пожимая плечами. — Но я здесь, чтобы подарить тебе это.
Я встряхиваю бутылку, которую держу в руке.
— С днем рождения.
Я ожидаю, что она оттолкнет меня, пошлет на хуй, но, к удивлению, Персик соглашается.
— Спасибо.
Сняв крышку, она срывает пластиковую обертку и ставит на выступ.
— Приятно знать, что еще кто-то так делает.
Девушка невесело усмехается, глядя куда-то вдаль.
Я прислоняюсь к выступу, когда она это делает, и ее плечи опускаются в знак поражения.