— Прошу прощения! — торопливо говорю я, почти врезаясь в группу людей, которые, как предполагаю, осматривают арену.
Ловлю быстрый взгляд на их шокированных лицах и оглядываюсь через плечо, чтобы извиниться. Я не уверен, то ли они смотрят на меня, потому что бегу, как чертов маньяк, то ли потому, что держу Феникса так, словно от этого зависит жизнь, в то время как его сумка и моя дорожная висят на плече.
— Чертов ад, — стону я, когда в поле зрения появляется все больше людей.
Быстро обхожу их стороной, прежде чем успею растоптать.
— Ебать!
Мои глаза увеличиваются в три раза.
— Нет, Феникс. Не говори так.
Он хихикает, явно находя это забавным.
— Фу.
Я мягко зажимаю ему рот рукой. Останавливаюсь, чтобы перевести дух, и строго смотрю на него.
— Твоя мама собирается убить меня. Не говори этого. Я действительно пытаюсь найти к ней подход.
Если тренер Уоррен не убьет меня, знаю, что это сделает Лола.
Феникс наклоняет голову, сжимая медведя. Его темно-каштановые кудри болтаются при движении. Он сияет, без сомнения, понятия не имея, о чем, черт возьми, я говорю.
— Просто будь хорошим мальчиком, Маленький мишка.
Я слегка постукиваю по носу его и медведя.
Знаю, что он понимает, потому что кивает, и уголки глаз морщатся от счастья, услышав прозвище, которое я ему дал.
Пройдя через дверь, ведущую в раздевалку, я сажаю его в кресло-качалку перед шкафчиком и сажусь на уровень его глаз.
Вероятно, это будет бессмысленно. Я понятия не имею, насколько он поймет и выслушает ли, но все равно попробую.
— Мне нужно, чтобы ты вел себя хорошо. Твоей мамы здесь нет, а я собираюсь играть в баскетбол, ладно?
Его глаза блестят от волнения.
— Б-мяч16?
— Да, мяч, — улыбаюсь ему.
— ТВ-мяч?
Я смотрю на него в замешательстве.
— ТВ?
— Кидай мяч.
Он вскидывает руки вверх, и тут меня поражает. Феникс смотрел, как я играю по телевизору. Лола мне этого не говорила.
Теперь я широко улыбаюсь.
— Ты будешь вести себя хорошо, ладно?
— Кей, — кивает он.