Ее напряженная рука легко прижимается к моей.
— Хорошо, иди вперед.
Ведя на кухню, я крепко держу ее за руку, и где-то по пути мы переплетаем пальцы. И это заставляет осознать, что ничто и никогда еще не казалось мне таким правильным.
И теперь не уверен, как смогу отпустить ситуацию, и я имею в виду не только физически.
Когда мы доходим до кухни, я включаю свет вытяжки. Он тусклый, но излучает достаточно света, чтобы мы могли видеть друг друга.
Отвожу взгляд от периферийного устройства, но мне приходится внимательнее смотреть, потому что на ней моя рубашка.
Я видел тысячи людей, носивших футболки или рубашки с моим номером или фамилией, но никто никогда не выглядел так хорошо, как Лола выглядит сейчас. Ее волосы слегка растрепанны, глаза завораживают, как вселенная, губы накрашены красным, а моя рубашка обволакивает идеальное тело, заканчиваясь прямо у бедер.
— Ты-ты носишь мою рубашку.
Я что, черт возьми, заикался?
— Мое платье оказалось не слишком удобным и оно все еще мокрое. Надеюсь, все в порядке, что я ношу это, — застенчиво говорит она.
Я улыбаюсь как идиот, но черт возьми.
— Да, меня это устраивает. Ты можешь носить любую из моих рубашек… когда захочешь.
— Спасибо.
Лола отвечает на улыбку, но потом та ускользает, как будто она понимает, что не следовало этого делать, и убирает свою руку с моей.
— Итак, насчет кофе.
— Верно.
Я подхожу к стойке, где стоит новенькая кофемашина.
— Будь готова. Я изо всех сил старался приготовить идеальную чашку кофе.
Лола прислоняется бедром к стойке.
— Надеюсь, ты знаешь, во что ввязываешься. Мои ожидания сейчас чрезвычайно высоки, и я буду резко критиковать, если кофе не будет идеальным.
Я открываю дверцы шкафчика над кофемашиной и беру две кружки.
— Я потратил на это слишком много денег, чтобы оно не было идеальным.
— Ты только что купил кофемашину?
— Э… да, — говорю, застенчиво улыбаясь и ставлю кружки. — Я просто подумал, что смогу сварить кофе, когда ты и Феникс придете.
— Ой.
Лола выпрямляется, и мне кажется, что она краснеет.
— Я бы смолол для тебя кофейные зерна, но мне не хотелось бы будить всех остальных.
Она улыбается, и это не та маленькая, натянутая, пытающаяся быть милой улыбка. Это особый тип, который я видел в ее сдержанности по отношению к Фениксу, лучшим друзьям и, к сожалению… Сейнту.
Мне нужно перестать зацикливаться на ее улыбке, иначе все встанут до того, как кофе будет готов.
— Готова удивиться? — спрашиваю, хватая все, чтобы приготовить кофе.