Все о моем дедушке: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Сейчас выйду».

Его маленькая машина стояла на тротуаре напротив школы. Я забился на переднее сиденье. Дедушка еще больше похудел. Он был в джинсах и клетчатой рубашке — это он-то, который всё время ходил в костюме и галстуке.

— Всё в порядке? Что с тобой случилось? Мне поговорить с кем-нибудь из школы?

— В порядке. Меня заставили раздеться догола и одежду унесли… а потом подбросили на пост охраны.

Дедушка посмотрел на меня и спросил медленно и серьезно, не скрывая страха:

— И в честь чего с тобой так обошлись?..

Мне хотелось помолчать. Заставить его несколько секунд помучиться. И посмотреть, хватит ли ему наглости произнести это вслух.

— Эта… шутка — из-за меня?

Да, наглости ему хватило.

— Мне сказали, что та кредитка, которую ты мне подарил, была открыта не на твой счет, а на счет фонда.

Он онемел. Почти что окаменел. Потом кто-то нам посигналил. Дед раздраженно забормотал, дрожащей рукой поворачивая ключ зажигания:

— Да чтоб его! Сейчас! Вон торопятся все куда-то…

Дед повез меня домой, и хотя он соорудил вокруг себя что-то вроде кокона из крепких слов — он ругался на пробки, на сигналящих водителей, на всё дорожное движение, — но ему пришлось выслушать мой рассказ о том, что со мной сделали и что говорили мне эти четверо линчевателей. Я тоже умею плести кокон из слов и постарался не упустить ни одной детали. Какая абсурдная зализанная челка у того парня. Как пахло дынной жвачкой, которую жевала одна из девчонок. Как холодно мне было, когда меня заставили снять трусы, — неожиданно холодно, потому что был очень жаркий и душный весенний день.

Дед продолжал срываться на барселонские дороги, не в силах посмотреть мне в лицо. С каждым ругательством, с каждым оскорблением по адресу водителей, которые ехали не так, как удобно было деду, моя вера в него давала новую трещину. Как ария Бьянки Кастафьоре разбила всё стекло в доме у капитана Хэддока[6], так и брань деда уничтожила тот стеклянный колпак, который до того дня защищал меня от правды.

Мы подъехали к дому, и дед стал искать, где припарковаться.

— Дедушка, не поднимайся. Мне уроков много задали.

— Стоп, стоп, погоди… Не обижайся на меня, шельмец. Ну, ошибка вышла. Ты что думаешь, у тебя дед — Супермен? Никогда не ошибается? Тем более, я уверен, это в банке напутали. Наберут кого попало… Открыли карточку не к тому счету.

Я мог бы ему поверить. Но я слишком злился. Он должен был меня предупредить, что карточку могут вдруг заблокировать из-за этой ошибки. Что мое имя фигурирует в документах фонда. Что какой-нибудь журналюга может заявиться к воротам моей школы и начать вынюхивать про меня и про дедушку, — потому что есть журналисты, которым плевать, что я несовершеннолетний и что ребятам и девчонкам, которых они расспрашивают, тоже нет восемнадцати и они не понимают, что я не выбирал, чьим внуком родиться. И что из-за дедовой неосторожности или наглости (это я потом разберусь) такой журналист раскопает как раз то, что ему надо, жирный вонючий материальчик.

— Я понимаю, напутали. Но теперь про меня в газетах напишут. Спасибо огромное. Пойду уроки делать.

Я вышел из машины, не закрыв дверь. Дедушка закричал вслед:

— Эй! Малой! Вернись! Черт, Сальва, не уходи вот так… Сальва!

Но он ничего не сделал. Не припарковался, не побежал за мной, не попытался меня остановить. И потом не позвонил. Вот и всё.

Дома я полчаса просидел за компьютером с открытым «Ютубом», каждую секунду обновляя страницу: выложили эти уроды видео или нет. Потом даже настроил оповещение, чтобы сразу узнать, когда мое имя появится в интернете.

Через двадцать минут ролик выложили. Они его обрезали так, что в кадре был я один и не было понятно, что это школьный спортзал. Свои голоса они тоже вырезали. Остался только кусок, где я признаюсь, что у меня была собственная кредитка, которую мне подарил дед, только она не имела никакого отношения к фонду. Потом шел текст: нет, карточка была оформлена на счет фонда, а я тратил деньги на личные нужды, потому что моя фамилия Каноседа и Виктор Каноседа — мой дед, так что я, получается, тоже грабил фонд, который мог бы направить эти средства на образование. Аккаунт был, конечно, свеженький («Сальвабезштанов»), и найти, кто его создал, наверное, не удалось бы (если бы кто-то стал искать).

Я не стал ни говорить родителям, ни мучить деда — просто выключил на компьютере вай-фай, отключил телефон и сел дописывать реферат про Даниэля Каноседу, чтобы наконец с ним разделаться.

Я печатал и печатал, не останавливаясь, невозмутимо и бесстрастно. Пришел отец и удивился, когда увидел, что я обложился книгами и теми самыми ксерокопиями, которые мне помогала делать Долли — предательница или (как я теперь начинал понимать) такая же жертва моего деда, как и я.

— В школе всё нормально?

Отец улыбнулся, растроганный непривычной картиной — сын в кои-то веки взялся за уроки. Значит, дед ему не звонил и про видео на «Ютубе» он ничего не знал.

— Мне завтра реферат сдавать. Но я уже почти закончил.

Мне оставалось дописать один раздел — по тем материалам, которые я откопал в книгах у дедушки дома. И надо было придумать к нему такое название, чтобы сразу цепляло. Я перебрал сколько-то вариантов и наконец отыскал подходящее: «Дерьмо всплывает». Я сам посмеялся своей находке и за десять минут закончил текст. После этого оставалось только доделать слайды для презентации — и через час реферат был готов.

[6] Персонажи бельгийского комикса «Приключения Тинтина». — Примеч. ред.