— Да.
— А ты сказал это тем, с кем разговариваешь? Или раз они в нижней части списка...
Он хмуро посмотрел на нее.
— Значит, не сказал. Ты просто используешь их, чтобы они помогли тебе во всем разобраться.
— Я их не использую. Черт побери, это ведь я спас то укрытие. И спасаю его каждый день, когда не сообщаю о том, что там происходит.
— Ладно, — сказала Шарлотта и занялась яичницей.
— Кстати, они наверняка думают, что используют меня. Черт, я даже считаю, что от наших разговоров они получают больше меня. Лукас, тот самый, что теперь возглавляет их АйТи, все время бомбит меня вопросами о том, каким был когда-то мир...
— А мэр? — Шарлотта повернулась и внимательно посмотрела на брата. — Что она от этого получает?
— Джульетта? — Дональд перелистнул несколько страниц в папке. — Она наслаждается тем, что угрожает мне.
— Я бы с удовольствием это послушала. — Шарлотта рассмеялась.
— Наладишь рацию, тогда сможешь.
— И тогда ты побольше времени станешь работать здесь? Знаешь, а так было бы лучше. Меньше риск, что тебя узнают.
Шарлотта поскребла вилкой по тарелке; ей не хотелось признаваться, что настоящей причиной, из-за которой она хотела видеть брата рядом, было то, как пусто здесь становилось после его ухода.
— Это верно. — Дональд потер лицо, и Шарлотта увидела, насколько брат вымотался. Она снова уставилась на цифры, продолжая есть.
— На вид их порядок выглядит случайным, — предположила она. — Если эти цифры означают то, о чем ты думаешь. Они очень близки.
— Сомневаюсь, что планировщики всего этого смотрели на дело именно так. Им нужно лишь одно из укрытий. Не важно какое. Это как с запчастями в коробке. Достаешь одну, и тебя волнует лишь то, станет ли она работать. И ничего больше. Они просто хотели стопроцентно гарантировать результат до самого конца.
Шарлотта не могла во все это поверить. Но Донни показал ей Пакт и достаточно своих записей, чтобы ее убедить. Все укрытия, кроме одного, будут уничтожены. Включая и их укрытие.
— Скоро будет готов следующий дрон? — спросил он.
Шарлотта глотнула сока.
— День, два. Может, три. Я из-за него реально похудею. Даже не уверена, полетит ли он.
Два последних дрона улетели не дальше первого. И это начало приводить ее в отчаяние.
— Хорошо. — Он снова потер лицо, и ладони приглушили его голос. — Скоро нам придется решать, что делать. Если мы ничего не предпримем, этот кошмар затянется еще лет на двести, а мы с тобой столько не проживем.
Он хотел рассмеяться, но смех перешел в кашель. Дональд вытащил из кармана носовой платок, и Шарлотта отвернулась. Она смотрела на темные экраны мониторов, пока брат не справился с приступом.
Ей не хотелось в этом признаваться, но она склонялась к тому, чтобы ни во что не вмешиваться. У нее возникло впечатление, будто судьбой человечества управляет несколько точных машин, а компьютерам она была склонна доверять гораздо больше, чем брат. Она годами управляла дронами, способными летать самостоятельно, принимать решения, какие цели поразить, и направлять ракеты в нужные точки. Она часто ощущала себя не пилотом, а скорее жокеем — человеком, передвигающимся на лошади, которая вполне самостоятельно может участвовать в гонках, и наездник нужен ей лишь для того, чтобы иногда направлять или поощрительно крикнуть.
Она снова взглянула на цифры в отчете. Сотая доля процента будет решать, кто останется жить, а кто умрет. И большинство умрет. К тому времени, когда это произойдет, они с братом будут или спать, или сами будут давно мертвы. Цифры делали этот грядущий холокост таким... неопределенным.
Дональд указал на отчет папкой.
— Ты заметила, что Восемнадцатое поднялось на две позиции?
Она это заметила.
— Тебе не кажется, что ты становишься чрезмерно... вовлеченным?
— У меня с этим укрытием связана история, — ответил он, глядя в сторону. — Вот и все.