Вот как пособралось их, уселся дед над лазом в погреб и давай нож точить. А медведь его и спрашивает:
— Дед, а зачем ты нож точишь?
— Шкуру с тебя хочу снять, да из той шкуры себе и бабе полушубки сшить.
— Ох, не режь меня, дедушка, лучше отпусти на волю: я тебе много меду принесу.
— Ну, смотри!
Взял и выпустил медведушку. Сел над лазом, опять нож точит.
А волк его и спрашивает:
— Дед, зачем ты нож точишь?
— Хочу с тебя шкуру снять, да на зиму теплую шапку сшить.
— Ой, не режь меня, дедушка, я тебе за это отару овец пригоню.
— Ну, смотри!
Отпустил дед и волка. Сидит, опять нож точит. Высунула лисичка мордочку, спрашивает:
— Скажи мне, дедушка, будь милостив, ты зачем нож точишь?
— У лисички, — говорит, — хороша шкурка на опушку да воротник, хочу снять.
— Ой, дедушка, не снимай с меня шкуру, я тебе и гусей и кур принесу!
— Ну, смотри!
Отпустил и лисичку. Остался один зайчик. Дед и на него нож точит. Зайчик спрашивает его зачем, а он говорит:
— У зайчика шкурка мягонькая, тепленькая — выйдут мне на зиму рукавички да шапка.
— Ох, не режь меня, дедушка, я тебе и сережек, и тесемок, и красивое монисто принесу, отпусти меня только на волю!
Отпустил и его.
Вот ночь проспали, а наутро, еще ни свет ни заря, вдруг — тук-тук! — кто-то к деду в двери. Проснулась баба:
— Дед, а дед! А к нам кто-то в двери скребется, выйди погляди!
Дед вышел, смотрит — а это медведь целый улей меду приволок.
Взял дед мед и только прилег, а в дверь снова: тук-тук!
Вышел, а волк полон двор овец пригнал. А тут скоро и лисичка кур, гусей и всякой птицы принесла.
Зайчик натащил и тесемок, и сережек, и монисто красивое. И дед рад, и баба рада. Взяли овец продали да волов накупили, и стал дед чумаковать[2], да так разбогатели, что лучше и не надо.
А бычок, как не стал уже надобен, все на солнце стоял, пока не растаял.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
[2] Чумак — крестьянин, занимавшийся извозом и торговым промыслом. Чумаки ездили на волах за солью и рыбой в Крым, на днепровские лиманы, на Дон или в Молдавию.