Даниэль все еще была с другой стороны от него, прикрывая его спину, пока он сражался, яростно размахивая мечом.
Вокруг них громоздились груды одежды, и я отодвинулась, так как могла сподкнуться об нее.
Мое дыхание стало тяжелым, и усталость начала нарастать в конечностях, но я отказалась замедлять темп, желая, чтобы мои дары наполнили мои мышцы такой силой, какой я только могла обладать.
Несмотря на все усилия Фабиана сдержать их, многие вампиры окружили его, оскалив зубы, поскольку отчаянная жажда моей крови подталкивала их все ближе.
Они были дикими, опьяненными обещанием того, что текло в моих венах, и я кипела от необузданного гнева, давая им отпор.
Я метнула Фурию в сторону громоздкого мужчины, когда он бросился на меня, лезвие глубоко вонзилось ему в бок за мгновение до того, как его плечо столкнулось с моей грудью.
Он упал на меня сверху, вдавливая в мокрый бетон, и его прогорклое дыхание обдало мое лицо. Его клыки опустились к моей шее, и я ударила его рукой в челюсть, схватив за подбородок и изо всех сил пытаясь оттолкнуть его назад.
Он надавил сильнее, и я зарычала, усилив хватку, выворачивая его нижнюю челюсть в сторону, пока не услышала хруст. Вампир отшатнулся от боли, вырываясь из моей хватки и давая мне достаточно места, чтобы поднять ноги между нами. Я сбросила его с себя, швырнув еще на нескольких его друзей кровососов, прежде чем снова вскочила в вертикальное положение.
Пурпурная молния прочертила дугу в небе над головой, и я взглянула на нее, гадая, что задумала Валентина.
Я снова перевела взгляд на кусачих, взмахивая Фурией.
Мужчина со сломанной челюстью мгновение свирепо смотрел на меня, а затем повернулся и убежал.
Я в замешательстве смотрела, как остальные тоже бросились прочь от нас, и Фабиан схватил меня за руку, чтобы остановить погоню.
— Должно быть, это был сигнал для них к отступлению, — сказал он, глядя на меня сверху вниз. — Этот день за нами.
— Зачем им отступать? — Спросила я в замешательстве, когда кусачие промчались по обломкам Сферы «А» и хлынули в руины.
— Эрик?! — Монтана закричала, в ее голосе ясно слышалась боль.
Я повернулась, чтобы посмотреть на нее, когда она пронеслась мимо меня, преследуя отступающих кусачих с отчаянным выражением на лице.
— Что происходит? — Потребовала я ответа, вырываясь из хватки Фабиана и бросаясь за ней.
Облака впереди нас разошлись, и засияло солнце, создавая широкую стену света между нами и кусачими, которую вампиры не могли пересечь.
Кларисса пронеслась мимо меня и схватила Монтану прежде, чем та успела выбежать на солнечный свет. — Ты не можешь просто погнаться за ними, — прорычала она, когда Монтана попыталась отбиться от нее. — Валентина забрала его не просто так. Очевидно, она хочет, чтобы он был жив, что дает нам время вернуть его. Если ты побежишь за ними в одиночку, они просто убьют тебя. Мы должны действовать разумно.
— Она забрала Эрика? — Спросила я, удивляясь, как, черт возьми, это возможно.
Мое сердце сжалось от жалости к сестре, которая продолжала бороться, чтобы освободиться от Клариссы.
— Мы должны пойти за Валентиной! — Монтана закричала, глядя на меня в поисках помощи. Моя хватка на Фурии усилилась, когда я задалась вопросом, придется ли мне заставить Клариссу отпустить ее.
Я оглядела залитую кровью площадь и обнаружила, что ко мне направляется Джулиус.
— Ты видела Магнара? — настойчиво спросил он, и мое сердце сжалось от страха.
— Нет, — выдохнула я, быстро поворачиваясь, чтобы попытаться найти его.
Вокруг нас не было ничего, кроме одежды уничтоженных вампиров. Блик золота привлек мое внимание рядом с горящей ратушей, и я побежала к нему, минуя разрушенные остатки деревянного строения.
Джулиус не отставал от меня, и я резко остановилась, обнаружив Венома, наполовину зарывшегося в груду одежды. Джулиус что-то говорил мне, но я не могла расслышать, что именно, так как мой пульс в панике отдавался в барабанных перепонках.
— Дитя Солнца, — клинок приветственно зарычал, когда я подняла его с земли.
— Что случилось? — Я выдохнула, неуверенная, что лезвие вообще может мне сказать.
Мое зрение затуманилось, и на мгновение я стала Магнаром. Кусачие набросились на него со всех сторон и обмотали его руки цепями, отчего его плоть пронзила боль. Молния ударила в землю перед ним, выбив клинок из его руки, и я понятия не имела, что произошло дальше.