Я полоснула Кошмаром по задней части его коленей, и он грудой свалился к моим ногам.
Келли подбежала ко мне, стиснув зубы.
— Ты грязь, — прорычала я, пиная его так, что он перевернулся и посмотрел на нас.
— И ты труп. — Келли мрачно улыбнулась.
Он зажал рану между ног со страдальческим стоном. — Чефт бы вас побфал и вашего гфязного, нифчемного папашу!
С воплем мести, которому вторила моя сестра, мы одновременно вонзили свои клинки в его сердце.
Вульф превратился в пепел, и ливень смыл его прочь, так что на земле не осталось ничего, кроме его одежды. Глаза Келли заблестели, когда она посмотрела на меня, и момент сладостного облегчения наполнил воздух. Затем мы сократили разрыв между нами, крепко обнявшись и упиваясь нашей победой.
— Он мертв, — простонала она от счастья, и я сжала ее крепче, когда блаженство захлестнуло меня.
Я
проталкивался сквозь толпу тел, принося смерть любому кусачему, который приближался ко мне, не сводя взгляда с Валентины.
Я оставил Джулиуса позади, когда вампиры столпились между нами, и он был вовлечен в очередную драку. Впрочем, это не имело значения: все, что мне нужно было сделать, это добраться до нее. Моя цель была в поле зрения, и я не собирался уходить отсюда, не уничтожив ее. Валентина слишком долго прибывала в своей форме нежити: ей нужно было умереть. Навсегда.
Я был окружен низшими, Веном и Буря купались в их крови, пока я прокладывал путь к предательнице.
Она еще не заметила меня, но я был уверен, что когда она это сделает, то обратит свою бурю против меня, поэтому я должен был максимально использовать свое преимущество. Мне просто нужно было подобраться поближе: я потратил годы, поощряя ее оттачивать боевые навыки, но она всегда слишком полагалась на свои дары. Она думала, что они делают ее неприкасаемой. Я собирался показать ей, как она ошибалась на этот счет.
— Сзади! — Крикнул Веном.
— Бей выше, — настаивал Буря в знак согласия.
Я развернулся, вращая клинками в воздухе, когда Элита бросилась на меня с обнаженным мечом.
Отбив Веномом ее клинок, я вонзил Бурю ей в грудь, прежде чем она врезалась в меня.
Я отразил удар яростным рычанием и снова двинул локтем ей в челюсть. Ее отбросило в сторону, но она молниеносно прыгнула мне на спину, так как я остался незащищенным.
Ее зубы задели мою шею, и я выронил Бурю, чтобы схватить ее за волосы и перекинуть через плечо. Я швырнул ее на землю перед собой и вонзил Веном ей между ребер, а она взмолилась о пощаде.
Элита бросилась на меня, обхватив руками за талию и пытаясь повалить меня на землю. Я изогнулся, отступив на шаг назад, прежде чем сумел выпрямиться, и пнул ее по коленям, выбивая из-под нее ноги. Она упала, ругаясь, приземлившись на Бурю, который лежал на бетоне, и лезвие начало обжигать ее.
Она попыталась откатиться в сторону, но я пнул ее в ответ, надавив ногой ей на грудь так, что она оказалась поверх лезвия, которое сжигало ее плоть до кости. Она взвизгнула от боли, вцепившись когтями в мою ногу, а я использовал Веном, чтобы разрубить нескольких низших, которые пытались ей помочь.
Я посмотрел на нее сверху вниз, пока она проклинала меня, и зарычал, позволив своему лицу быть последним, что она увидела, прежде чем вонзил Веном в ее сердце.
Я наклонился, чтобы поднять Бурю из груды одежды, которая осталась после нее, и клинок взволнованно поприветствовал меня, когда я снова сжал его в руке.
Я снова посмотрел на Валентину, как раз в тот момент, когда она обернулась и заметила меня. Ее рот открылся от удивления, и я мог бы поклясться, что эта извращенная сучка выглядела счастливой видеть меня. Я оскалил на нее зубы и побежал, чтобы сократить расстояние между нами.
Ветер подхватил ее волосы, и я отскочил в сторону как раз перед тем, как ее удар молнии пришелся в землю там, где я должен был быть.
— Поймайте его! — закричала она, указывая на меня другим своим мерзким последователям.
Кусачие бросились ко мне, и я заметил, что некоторые из них держали в руках длинную золотую цепь, как будто думали поймать меня ею в ловушку.
Я рассмеялся над абсурдностью этого. — Ты думаешь, если закуешь меня в цепи, то сможешь потащить к алтарю? — Я усмехнулся, когда Валентина подняла вокруг меня ветер.
— Ты пожалеешь, что пренебрегал мной, Магнар Элиосон, — выругалась она, и молния ударила в землю позади меня.