— Сядьте!
— Катитесь к Рамону!
— Я сказал: сядьте!!! — разъяренный следователь звонко ударил жрицу наотмашь по лицу, так что красная пятерня отпечаталась на ее бледной щеке.
Рыжая в изумлении приложила ладонь к лицу — горело, как от ожога.
Зато следователь был горд собой. Думал, что смог поставить зарвавшуюся девицу на место. Но мужчина рано радовался.
— Да как ты посмел поднимать руку на Верховную жрицу? — зашипела девушка, напоминая разъяренную тигрицу. — Ты что о себе возомнил, крысеныш? Никто, — процедила она, приближаясь вплотную к следователю. — Слышишь? Никто. Не смеет. Трогать. Меня! — отчеканила Меган. — Ты понял?!!!
Даже у бывалого следователя, привыкшего к самым разным преступникам, что-то внутри дрогнуло. Он быстро взял себя в руки, но чувство превосходства покинуло его.
— Этого больше не повторится, — сухо произнес он, стараясь не смотреть на девушку. — Сядьте на место.
Меган, почувствовав, что власть в ее руках, царственной походкой вернулась к стулу и с достоинством опустилась. Она больше не пыталась совратить следователя. Она вообще смотрела теперь на него с презрением, как смотрят на жука перед тем, как раздавить. Ей-то казалось, что ее вызвали по делу о смерти старшей жрицы Альха. Но как только Меган поняла, что ее обвиняют в убийстве Шедека, дело приняло совершенно иной поворот. Уже не было нужды пытаться добиться благосклонности от следователя. Наоборот, сейчас жрица была готова разорвать и его, и всех, кто решил засадить Меган в тюрьму.
— Если вы утверждаете, что минувшим вечером не заходили в покои Патаха, то где вы находились с семи до семи тридцати?
— Я? — жрица на секунду замешкалась, но буквально тут же ее лицо озарила победоносная улыбка. — В это самое время я имела разговор с Его Высокопреосвященством Зафрэлем Керином!
— И он может это подтвердить? — удивленно произнес следователь.
— Разумеется! — холодно отозвалась Меган.
Несмотря на уверенный тон, в душе ее терзали сомнения. Вся эта история, будто кто-то видел, как она сама лично зарезала Шедека ножом, явно была подстроена. Скорее всего, Ярен подкупил кого-то из горничных дать ложные показания, и теперь вопрос лишь в том, на чьей стороне окажется Зафрэль? Скажет правду или будет свидетельствовать против жрицы?
Следователь не понимал, что происходит. Если эти слова про беседу с магистром лишь уловка, то к чему тянуть время? А если Меган говорит правду… Но ведь в Ордене ясно дали понять, что считают жрицу виновной…
Тем не менее, он велел послать за Его Высокопреосвященством. Не зная, какого ответа ожидать от Зафрэля, следователь нервничал и злился. Он-то полагал, что легко сможет добиться от Меган признания в убийстве. А если Зафрэль подтвердит алиби жрицы? Его слово против слов горничной…
Добыча вновь ускользала из рук! Этого нельзя допустить! Если не засадить Меган — не видать ему повышения.
Керин пришел весьма скоро. Невзирая на поздний час, он не спал, а сидел вместе с остальными магистрами в зале, слушая речи Ярена о том, что жречеству нужна показательная казнь. Что необходимо официально признать вину девицы, дабы ее смерть не только предостерегла служителей культа от преступлений, но и продемонстрировала всей Иривии, насколько в Ордене ценится справедливость. Будь ты слуга или Верховная жрица — закон для всех один.
Керину не слишком нравилась фальшь в риторике друга. Он прекрасно помнил, как Ярен делал все возможное, чтобы вытащить Тею из тюрьмы и не допустить огласки скандала. И все же соглашался, что если Меган действительно убила магистра, то она должна понести наказание.
— Доброй ночи, Ваше Высокопреосвященство, — учтиво поприветствовал следователь, пряча в ящик стола еще дымящуюся трубку. — Прошу, присаживайтесь.
— Доброй ночи.
— Я в… — следователь хотел сказать «вызвал», но осекся — ему не хватило духу вести себя развязано в присутствии магистра, — … пригласил вас вот по какому поводу. Подскажите, чем вы занимались сегодня с семи до семи тридцати вечера?
Меган затаила дыхание.
— Находился в зале Ордена вместе с магистром Баргосом, — спокойно ответил Зафрэль. — Вводил нового члена Ордена в курс дел.
— Что и требовалось доказать! — самодовольно улыбнулся следователь. — Спасибо огромное. На этом все.
— Как все?! — перебила жрица. — Вы беседовали со мной!
Керин мгновенно сообразил, что от его слов зависит — признают Меган виновной или нет. Он только сейчас вспомнил, что с Баргосом беседовал чуть раньше, а в этот период действительно имела место беседа со жрицей. Когда она появилась в зале, он еще посмотрел на часы — те как раз показывали ровно семь вечера. Выходит, что жрица не виновна?
— Прошу, скажите правду! — не выдержала Меган. — Умоляю.
Зафрэль еще ни разу не видел ее такой беззащитной. Сейчас она напоминала не самоуверенную женщину, а маленькую девочку с огромными испуганными глазами.
— Я… — начал было Зафрэль и вновь умолк, понимая, что Ярен ему не простит этого предательства.