Яик-Горынович: читать начало книги онлайн

– Молодец, Чумак, держи крепче горилку, – сменил гнев на милость малолетний атаман. – Айда, чик-чика, до Кавунов, они песни запорожские дюже гарно спивают.

– С кем поведешься, от того и наберешься, – скептически усмехнулся Афоня Перфильев, намекая на украинские слова, то и дело проскальзывающие в речи Зарубина.

– Ниче, мы все казаки-братья, и запороги нам не враги, – убедительно ответил Ванька.

В хате у Кавунов никого из взрослых не было. Богдан объяснил, что родители со старшим братом, несмотря на церковный православный праздник, с вечера вчерашнего дня уехали на бахчу.

– Да и не ревнители они вашей старой, раскольничьей веры, – сказал Богдан. – Батько у мэнэ греко-католик, а нэнько и вовсе иудейского вероисповедания.

– Это как же понимать, жидовка, что ли? – присвистнул от удивления Ванька Зарубин.

– Иудейка, сказано тебе, – сердито поправил Чику Богдан Кавун.

– Ну и хай будэ так, – умело копируя его малороссийский выговор, согласился Ванька. – Нам, яицким лыцарям, все едино: что хрен, что редька… Ты, чик-чика, Богдан, чарки доставай, у нас горилка припасена. Выпьем в честь Ильи-пророка по маленькой.

– А ведаешь ли ты, Иванко, шо Илия-пророк тоже иудей бул! – обратился к Зарубину Богдан.

Говоря, он доставал из поставца глиняные чарки, расставлял их на дубовом некрашеном столе перед казачатами. Младшему братишке, Ваське, велел сгонять в ледник за соленой капустой, которую мать хорошо умела приготовить с грибами, и за огурцами.

– Врешь! – не поверил ему Зарубин. – Как может такое быть, чтобы православный святой был жидом?

– А вот и был, был, – настаивал на своем старший Кавун.

– Докажи!

– И докажу, докажу, – горячился Богдан.

– Докажи давай, – не отставал Ванька Зарубин. – Где такое написано.

– А ты святые писания почитай, Ветхий Завет, – сказал Богдан, – там все про это прописано… Иудей был пророк Илия. Он пред Господом Вседержителем великую милость поимел, и тот за это вечную жизнь Илие даровал. Пророк в небесной крылатой колеснице в небо взмыл, як птыця, и вмиг в Царстве Небесном, в раю то есть, оказался.

– Сказки, – скептически отмахнулся Федька Чумаков.

– Вот те истинный хрест, все так и было! – побожился Богдан.

– И где ж он жил, Илья энтот бессмертный? – спросил Зарубин.

– В Древней Иудее, в стольном их граде Ерусалиме, – заученно ответил Богдан Кавун, хорошо знавший священные писания.

До переезда на Яик, когда еще жили они в Малороссии, учился он в церковно-приходской школе и даже малость балакал по латыни.

Васька Кавун притащил из ледника закуску, и пиршество началось. Ванька Зарубин, достав из мешка вместительный штоф казенной водки, налил всем по первой.

– За Илию Бессмертного, пророка жидовского, – громогласно провозгласил он тост, подняв свою чарку.

Казачата дружно выпили водку, весело заработали челюстями, зачавкали капустой с малосольными грибами, аппетитно захрустели солеными огурчиками.

– А как житье на Украине? – основательно закусив, обратился к Богдану Кавуну Ванька Зарубин. – Каково там запорожским казакам? Не забижают их москали?

– Дюже озоруют москалики, – горько посетовал Богдан. – В Туретчину и к татарам крымским за добычею ходить не велят. Взрослые знающие людыны кажуть – регулярство среди козаков запорижских вводют, атаманов наказных сажают… А сейчас, думаю, и вовсе плохи у козаков дела – война, слышь, с крымским ханом!

– И откуда ты про все знаешь, Богдан? – удивился Кирпичников.

– Так, взрослые кажуть… – неопределенно пожал плечами черкас.

Ванька Зарубин, лихо взболтнув содержимое штофа, налил по второй.

– Давай, брательники, теперя за войско наше Яицкое выпьем. Да за Яик-Горынович.