— Логично. Черная и светлая духовная энергия высвободились. Правда, из-за ослепляющего света я толком не разглядел исход, но уверен, что ты и Амура поглотили силы, — сказал Сраош.
— Так и было, — подтвердил Адаран и добавил: — Я видел, как черный дым накрыл Башмака и растворился, как и светлые сгустки над Амурой.
— Да. Я вернул себе свои силы, — признался Амура. — Будь честен и скажи всем, насколько изменились твои мысли? — обратился он к Башмаку.
— Ни на сколько, — ответил он. — Мне по-прежнему не важен ранг моего боевого мастерства. Хочу вернуться домой, но ни за что не стану патриархом отцовской секты.
— Правильно, бить баклуши, да без дела слоняться по округе — куда более перспективней, чем хоть какую-нибудь пользу в жизнь принести, — укоризненно прокомментировала Тия.
Башмак недовольно сжал губы и сдвинул брови к переносице. Именно это ему не нравилось в сестре — ее поучения.
— Ему лучше остаться в Химае и находиться под присмотром одного из Верховным мастеров, — сказал Митр.
— Я назначил его своим учеником, поэтому я готов исполнять свои обязанности, — гордо заявил Адаран. — Это касается и Шляпыэ — Он махнул головой в сторону второго парня.
Шляпа подошел ближе и воодушевленно сказал:
— Я рад, что вы приняли меня в Дастур и приложу все силы, чтобы стать мастером огня первого ранга.
— Не сомневаюсь, — усмехаясь, сказал Адаран.
— А я не хочу! — твердо заявил Башмак. — Мне нечего здесь делать.
— Не лучший способ удерживать против воли того, кого вам следует бояться, — выдал Амура.
Верховные мастера переглянулись.
Адаран задумчиво посмотрел на Скрытую гору, обращая особое внимание на огромную зияющую черную дыру в ней. Она будет вечно напоминать о горьком дне битвы.
— Так ты признаешь его злую натуру? — спросил Митр.
— Нет, — ответил Амура. — Он уже выбрал свои путь и исправил свои ошибки. Ахримана больше не существует!
— Хватит! — резко выкрикнула Нахид и тряхнув руками. — Я поддерживаю Ахуру-Мазду. Пусть он уводит Баш… — она осеклась, —Ормузда Дауля домой к семье.
— Согласен, — сказал Сроаш, удивив Адарана.
— Это ничего не гарантирует, — неуступчиво возмутился Митр. — Ахриман тоже не таил злых умыслов, когда начал постигать боевые искусства.
— Вам-то откуда знать? — парировал Амура. — Его амбиции ввели его по темному пути с самого первого дня зарождения храма Семи стихий.
— Ладно. Я не буду возражать, — удивил Адаран. — Я доверяю Амуре.
— Отлично! — Амура хлопнул в ладоши.
— Я останусь при своем мнении, — гордо сказал Митр, понимая, что его голос ничего уже не решает, большинство высказались в поддержку перерожденного Ахуры-Мазды.
Мия зевнула, сверля взглядом спину Бахрама Адарана. Рядом с ней присела Тия.
— Какая ты хитрая. Рассказать нам про своего братца не думала? — язвительно спросил Литас.
— Не думала! — буркнула Тия, хотя она даже предположить не могла, что такое возможно в ее семье. Почему Ахриману вздумалось переродиться в Божественной стране, ко всему прочему, в секте Тотального божества, где люди только и делают, что днем и ночью молятся, почитая своих богов. Для него было бы более удачным не покидать пределы Химая — родины стихийных сил и боевых искусств.
Башмак облегченно вздохнул, когда Верховные мастера разошлись, но многие служители еще одаривали его заинтересованными взглядами. Некоторые не скрывали молчаливого презрения, а вот большинство равнодушно занимались своими делами: залечивали раны, помогали соратникам, очищали территорию от трупов и вели перекличку, а также следили за пленными. Кто мог стоять на ногах, часть отправились копать могилы, другая часть ушли в лес на охоту да к реке рыбачить. До завтрашнего дня нужно было успеть управиться, отдохнуть, собраться с силами и подготовиться к дороге до храмов.
— Стрижку сменил? — усмехнулся Башмак, глядя на Шляпу.
— Не зубы, отрастут, — ответил Шляпа, оглядываясь назад, где около трупа царицы Луны собрались зеваки.