Эпилог
Воздух больше не содрогался от громыхающих звуков сражения. Серые тучи, провисевшие над полем битвы, очень быстро разошлись, а следом пробились теплые солнечные лучи, озаряя ярким светом: высокие горы, зеленые верхушки деревьев, душистые поля и землю залитую кровью.
Часть выживших воинов страны Луны трусливо бежали прочь, спасая свои никчемные жизни. Никто из химайцев не думал их останавливать, ибо уставшие монахи не были настроены на бессмысленное убийство уже побежденных и опозоренных противников.
Служители принялись собирать брошенные вражеские оружия, связывать и следить за оставшимися пленниками, не пожелавшими уходить, либо не способными скрыться в силу полученных ранений. Они покорно сидели среди мертвых тел, дожидаясь вердикта.
Шляпа пытался разжать холодные пальцы Лияны Саньли. Чертовка хватко вцепилась в его волосы и никак не хотела отпускать. Тяжело выдохнув, он выдернул меч из тела убитой, а затем резким движением руки отсек себе волосы с одной стороны, потом с другой, чтобы выровнять по плечи.
Лежа спиной на влажной земле Башмак открыл глаза и тут же их прищурил от яркого дневного света. Неестественно спиралеобразные облака медленно закручивались на голубом небе, очевидно форму они такую приняли в результате недавно бушевавшей энергии под воздействием скипетра Хвалы.
Башмак принялся вспоминать, что же произошло до того, как прогремела яркая вспышка и его сознание окончательно отключилось. Память восстановилась быстро. Он ужаснулся от некоторых деталей в своей голове.
Его окружили Верховные мастера, и подошел Амура, протягивающий ему руку, за которую Башмак сразу же взялся.
Амура потянул на себя, Башмак поднялся на ноги.
— Немыслимо! — пробурчал Митр, держа скрещенные руки над животом. — Как мы можем доверять живой душе Ахримана? — Он, приподняв бровь над правым глазом, посмотрел на Адарана, а затем на Сроаша и Нахид.
— Это моя проблема, — заявил Амура. — Я готов взять на себя ответственность за Ормузда.
— Интересно, а куда делась темная энергия? — спросила Нахид, подозрительно глядя на Башмака.
Башмак хоть и находился в центре обсуждении, но его разум витал далеко не здесь. Он размышлял о своем, не воспринимая голосов. Все его мысли были заняты осмыслением себя и принятием сложного решения: следует ли рассказать людям о собственных внутренних ощущениях или втихую признаться только Амуре?
— Не думаю, — ответил Амура и, заметив, что Башмак отвлечен, влепил ему подзатыльник, что тут же вывел его из состояния озадаченности.
— Я не против, — растерянно сказал Башмак.
— Не против чего? — нахмурившись, спросил Амура.
— Не против вернуться в Божественную страну.
Тия, не обращая внимания на Верховных мастеров, подбежала к брату со спины и, схватив его за плечо, развернула лицом к себе. Обеспокоенно рассматривая его с ног до головы, она параллельно спешно задала ему пару вопросов:
— Ты ранен?! Как себя чувствуешь?!
— Я в полном порядке, — буркнул он и слегка оттолкнул ее от себя. — На себя посмотри, — добавил он, видя ее глубокие порезы и раны.
— Тия, — раздался сдержанный голос Митра и девушка, посмотрев на своего учителя, неохотно подчинившись, но смиренно отступила назад.
Этим временем, отдыхая сидя на камнях, Тагар, Литас и Мия внимательно слушали разговор старших. Их поразила новость. Все это время они, не догадывались, что преследовали и вступали в бой с Ахриманом, пусть даже и не совсем с ним, но от одной мысли, что у души красноволосого парнишки из Божественной страны есть грандиозное прошлое, волосы вставали дыбом.
— Откуда нам знать, что покинув Химай, ты не возьмешься за старое? — грозно спросил Митр.
— Мне бы с новым разобраться, — тихо пролепетал Башмак.
— С ним не будет проблем, — уверенно сказал Амура. — Он мой ученик, а также я как облупленного знал Ахримана.
— Но не смог его одолеть, — с насмешкой подметила Нахид.
— Смог! — не согласился Амура. — Посмотрите на Ормузда. В нем нет Зла.
— А может и есть, — потерев лоб, вслух произнес мысли Башмак.
— Помолчи! — гаркнул Амура. — Я тебя защитить пытаюсь!
— Мне кажется, темная пневма со скипетра Хвалы все-таки во мне, — взволнованно признался Башмак и его взгляд столкнулся с задумчивым взглядом Шляпы, находящегося позади мастеров.