Фантазеры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Помню.

— Ты говорил: приходят к нам ребята с десятилеткой, со среднетехническим образованием. Верно. Но они думают и о возвращении в тот самый мир, из которого ушли. Они читают письма и узнают: Костя, которого в классе и за парня не считали, учится на втором курсе энергетического института, красавица Катя стала незаменимой сотрудницей биологической лаборатории, а Витя, у которого очки с такими толстыми стеклами, что ими можно гвозди забивать, стал студентом физтеха. Учти, Клемаш, зачастую знания и способности наших матросов ничуть не хуже, чем у их сверстников, которые пошли в институты.

— Если бы способности и знания были одинаковы, то мальчики поменялись бы местами.

— Брось. Приемные экзамены далеко не точная система отбора, однако и этот неточный механизм проверяет психологическую устойчивость. Поэтому надо продумать, как максимально натренировать ребят на спокойную работу в сложной ситуации. Это поможет им на гражданке, и к службе они будут относиться иначе.

— Вся служба на лодке тренирует.

— Отчасти ты прав. Только ребята должны четко понимать, что подобный тренинг им и на флоте, и на гражданке пригодится.

— Похоже, ты, Юрий, целую систему продумал. Скажи о главном.

— Главное — ребята привыкли узнавать новое, и надо, чтобы они, не потеряв разгона, научились делать скучные и обыденные вещи.

— Ты думаешь, такое возможно?

— Думаю. — Доватор остановился, нагнулся, слепил увесистый снежок и запустил его к вершинам кленов. — Думаю, — повторил он.

Тяжелые хлопья упали с потревоженных ветвей.

— Как ты это себе представляешь?

— Готовый распорядок дня я еще не составил, но представь: установлена связь между флотом и Министерством высшего и среднего образования. Я думаю, министры смогут договориться.

Лучшие специалисты из матросов, разумеется, те, которые хотят, начинают, кроме изучения своей флотской специальности, «долбать» теорию по вузовской программе. Это пойдет ребятам на пользу, даже если за три года они пройдут лишь один курс.

— Заочное отделение на флоте?

— Заочное? Не совсем. Офицеры смогут проконсультировать по многим предметам технического вуза.

— И выездная сессия на флоте?

— А почему нет? Политработники возьмут на себя гуманитарные предметы.

— Техники, это я еще понимаю, но гуманитарии… Зачем они флоту?

— А ты попробуй посмотреть пошире. Во-первых, гуманитарии нужны стране. Во-вторых, и они помогают формировать личность. Чем выше общая культура, тем человек проще усваивает знания. Кроме того, это может повысить и психологическую устойчивость человека во время дальнего похода. Пойми, если дать человеку возможность пусть немного заниматься тем, чем он хочет, он и остальное будет делать быстро и хорошо.

— Значит, всеобщее высшее образование?

— Почему всеобщее? Высшее для тех, кто хочет. Ведь к нам приходят ребята такие же, какими были мы, когда поступали в училище. Всеобщего высшего пока не будет. Одни вообще не собираются поступать в институт, другие, попробовав, разочаруются и решат, что вуз не для них, и будут без обиды жить дальше. А пока получается так: мальчик, не прошедший по конкурсу, обычно твердо уверен, что на вступительных экзаменах с ним поступили несправедливо. Плохо, когда человек считает себя ущемленным и начинает самоутверждаться за счет окружающих, как это делал поначалу тот же Столбов.

— Ты думаешь, что возможность заниматься по вузовской программе сразу решит все проблемы? Пойми, если ему уж так заниматься надо, то где он раньше был, чего школу с золотой медалью не кончал? А тут ему первый раз в жизни серьезное дело поручили, так он с ходу вспомнил, что ему учиться хочется. Не волнуйся, мы его учим, может быть, самому главному в жизни учим, ты меня извини за высокий штиль, но мы его учим долг Родине отдавать.

— Согласен. Но, Клемаш, мы в идеальном положении. Мы вынули человека из привычной среды, и он в нашем полном распоряжении не один год. За то время, знаешь, какого парня можно вылепить.

— Вижу перед собой. Правда, на это дело государство побольше времени и денег потратило! А что получило? Капельку инженера, немножко моряка и уж, безусловно, фантазера.

— Знаешь, Клемаш…

— Знаю. Тоня идет.

— Ну с тобой поговоришь всерьез.

— Еще бы. Тоня идет. Может, это и есть самое серьезное.

— Может быть, ты и прав, Клемаш.