Фантазеры: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На Доме полярников стояла зенитная батарея, с Никитского бульвара поднимались белые тела аэростатов заграждения.

Карта с красными флажками. Ее, как в дни Испании, повесил на стенку отец. Юрка все ждал и ждал: если не сегодня, то завтра флажки перейдут в наступление, и немцы стремительно покатятся назад, и там, в далеком Берлине, взметнется алый флаг пролетарской революции, и над миром прозвучит «Рот фронт!».

Когда рассказывали о бомбе, которая не взорвалась, то говорили, что в капсюле лежала записка: «Чем можем, тем поможем». Это, мол, немецкие коммунисты помогают нам. И Юрка не понимал, что первая длинная очередь, вытянувшаяся от керосиновой лавочки по Большой Молчановке, была предупреждением о долгой, тяжелой войне — войне на выдержку, войне на выносливость.

Вечером, выскочив из подъезда, Юрка увидел покатые крупы лошадей. Стреноженные кони уткнули морды в кирпичную стену, об нее обычно играли в штандер. Походная кухня. Только грузовик и тупые рыльца минометов, торчащие из-под брезента, напоминали о реальности прифронтового города.

Еще не понимая, откуда лошади, Юра услышал негромкий окрик:

— Доватор!

— Я. — И в следующее мгновение он прыгнул и, как маленький, уцепился за твердую шею лейтенанта Почеткова.

— Вот и встретились, малыш.

— А у вас шрам, — сказал Юрка и притих.

— Чего примолк, малыш? Сбегаешь в магазин?

Сунув в карман штанов две красные тридцатки, Юрка взял сразу в карьер и рванул на Арбат к гастроному. Кафельный пол, кафельные стены, будничное позвякивание касс и голоса продавцов и покупателей.

— Мальчик, рано вино покупать, — рассердилась продавщица.

— У нас во дворе кавалеристы, лейтенант просил.

Продавщица улыбнулась и протянула Юре лимон:

— Лимон от меня твоему лейтенанту.

Потом они сидели втроем: комэск Почетков, комвзвода Крендель и Юрка — хозяином дома. В темных толстых стеклах старинного буфета отражался несолидный хохол Почеткова, узкий профиль Кренделя, черный чуб падал ему на лоб.

Окинув взглядом окна, плотно затянутые шторами, младший лейтенант Крендель сказал:

— Чтобы окна светились.

— За после войны, — сказал Почетков, и они встали. Юрка метнулся к буфету, достал коробку довоенных вафель.

— Угомонись, Доватор, а то будет тебе от мамы.

— Что вы? Она у меня мировая. Только теперь все время на работе. И папа тоже.

Погашена лампа. Окна нараспашку. Август сорок первого года дышал тополиным настоем, запахом перегретого асфальта и птичьим пометом.

— Ты после лагеря Лену видел? — глухо спросил Почетков.

— Нет, но она звонила, телефон оставила, сказала, что уезжает на окопы.

— Где телефон, Доватор?

Почетков ушел в коридор и долго говорил по телефону с Лениной мамой. А Юрка заснул прямо на диване и уже не чувствовал, как его укладывали, не слышал громкого звонка и голоса запыхавшегося бойца: «Товарищ лейтенант, вам пакет». Во дворе зацокали копыта и взревел грузовик.

Утром, стоя в синих трусиках у окна, Юрий читал:

В конце листа летели кони и поверх профили лейтенанта Почеткова, младшего лейтенанта Кренделя, лица бойцов. Среди них Юрка узнал себя, только у него была не буденовка, а бескозырка.

На краю стола, поблескивая чернью и сталью, лежал небольшой пистолет. Юрка взял его в руки и прицелился в карту, туда, где коричневой кляксой, расползаясь в разные стороны, лежал фашизм, Юрка нажал на курок. Щелчок, и на конце пистолета заплясал узкий прозрачный огонек. Юрка глубоко вздохнул, и впервые с начала войны у него по щекам потекли слезы.

По квартире мечется соседка, взмахивая полными руками, повторяет: «Неужели сдадут? Неужели сдадут?» По щекам катятся крупные слезы. Радио сообщило: в одиннадцать часов будет передано правительственное сообщение.