Холодная, мокрая рука сжимается на моем горле, перекрывая доступ воздуха. Теперь его тело близко ко мне, слишком близко, чтобы вонзить в него клинок, слишком близко, чтобы ударить. Тогда я отвожу ногу назад и бью его коленом в пах, делаю это еще раз, и он, наконец, воет, отпускает мое горло и отшатывается назад.
Воздух рассекает мощный свист, за которым следует тяжелый удар. Что-то задевает носок моего ботинка.
— Включи фонарик, мисс Маспет, — говорит Габриэль прямо через мое плечо. — Сейчас.
Я немедленно включаю фонарик и направляю его вниз.
У моих ног лежит голова Джоди, из полости шеи вытекает отвратительная белая слизь.
Габриэль проталкивается мимо меня и переступает через тело Джоди, которое все еще дергается. Он останавливается на кухне, заглядывает внутрь, осеняет себя крестом и на древнем пиктском языке совершает последние обряды над тем, что когда-то было невинной женщиной.
Теперь я знаю этот стих наизусть. За последний год я слышала его десятки раз.
«С Богом, обрети покой в будущем».
Я почти ничего не могу поделать, кроме как дышать. Я чувствую, что колени слабеют, и отступаю назад, прислоняюсь головой к стене и ругаюсь.
Габриэль берет меня за подбородок и приподнимает его. Я зажмуриваюсь от смущения и чтобы сдержать чертовы слезы. Даже после года тренировок монстр побеждает меня.
— Открой глаза, мисс Маспет, — тихо говорит он. — Нам нужно избавиться от тел.
— Райли? Очнись.
Я чувствую, как кто-то крепко сжимает мое плечо. Меня трясут. Я несколько раз встряхиваю головой, моргаю и осматриваюсь. Я снова в замке Аркосов. Все смотрят на меня. Сидни Маспет стоит в шаге от меня. Все взгляды устремлены на меня.
— Что, черт возьми, такое? — спрашиваю я и отступаю от них. — Не прикасайтесь ко мне больше, черт возьми. Никто из вас. — Я вскидываю руки, будто стряхиваю воду. — Черт возьми! — Я пытаюсь собраться с мыслями. Все, что я вижу, — это Эдинбург, Шотландия. Та квартира. Сидни. Эта… штука.
— Прости, — говорит Сидни. — Честно говоря, я не думала… Я не верила, что такое может случиться.
Я отрицательно качаю головой.
— Ну, так оно и было. Но не беспокойся об этом, — говорю я, чувствуя себя человеком, который только что сказал ребенку, что Санта-Клауса не существует. — Нет проблем. Просто… предупреди меня в следующий раз.
— Так это правда, — говорит третий здоровяк из группы, в котором я узнаю Габриэля. — Твоя кровь выдержала трех стригоев?
— Начнем с того, что у меня не совсем нормальная кровь, — предполагаю я. — И если ты прикоснешься ко мне, я вышвырну твою задницу вон в то окно, — говорю я и наклоняю голову.
Улыбка Габриэля не очень заметна, но она есть. Он просто кивает.
— Может быть, в другой раз.
— Не думаю, — отвечаю я.
Я бросаю быстрый взгляд на Эли.
— Что происходит?
— Меня зовут Джинджер Слейтер, — говорит другая молодая женщина. Она сохраняет дистанцию, за что я искренне благодарна. Я сейчас не в настроении вселяться в чье-либо тело. — Нам, — она бросает взгляд на мужчину рядом с собой, — Нам нужна твоя помощь.
— Всем нам, — добавляет Сидни.
Я выдыхаю и смотрю на Эли.
— Еще раз. Что происходит?
Эли кивает в сторону дивана у камина.
— Садись.