— Конечно. — Он поднимает голову и изучает меня. — Как ты себя чувствуешь?
Повернувшись, я пожимаю плечами и начинаю спускаться по тропинке. Что-то, сама не знаю что, подсказало мне не рассказывать Викториану о недавно добавленном ингредиенте Дюпре в мою ДНК.
— А что бы ты чувствовал?
Он долго смотрит на меня и наконец кивает.
— Именно так. Мой отец… он может быть довольно, ну, резким.
— Хм, — говорю я и продолжаю. — Не могу дождаться встречи с ним.
В следующее мгновение я замечаю, что Викториан сокращает расстояние между нами и поворачивается ко мне. Его рука на моем плече заставляет меня замолчать.
— Я бы никогда не позволил ему причинить тебе вред, — говорит он, и в его словах звучит решимость. — Никогда.
Когда я смотрю в его необычные шоколадные глаза, я понимаю это.
— Знаю.
Кивок, и он отпускает меня. Мы продолжаем путь в тишине.
Через некоторое время густой лес редеет, и впереди, в тумане, открывается маленькая, древняя на вид деревушка.
— С колокольни цитадели открывается самый потрясающий вид во всей Трансильвании на деревню и замок Аркосов. Хочешь посмотреть?
Я улыбаюсь, глядя на Викториана, затем смеюсь.
— Ты что, издеваешься надо мной?
Во взгляде Викториана сквозит замешательство.
— Мы в Трансильвании. У семьи вампиров? — подбадриваю я.
Викториан улыбается.
— И ты теперь мой гид?
Если бы вампир мог краснеть, то это был бы Викториан Аркос. Он улыбается.
— Конечно. И, конечно же.
Теперь, когда я внимательнее присмотрелась ко всему, что меня окружает — к древней средневековой деревне, мощеным улочкам, красочным зданиям, старой как мир церкви и замку? Это очень напоминает мне сцену из «Ван Хельсинга». В любую минуту я ожидаю, что невесты Дракулы пролетят над колокольней, чтобы спикировать вниз и отобрать немного ужина у незадачливого деревенского жителя.
— Мы никогда не кормимся за счет своих односельчан, — произносит Викториан.
Я поворачиваю голову в его сторону.
— Думала, ты не можешь слышать мои мысли.
Он моргает, смотрит на меня и улыбается.
— Ну, я только что слышал тебя отчетливо, как колокол. Должно быть, это из-за изменений в твоем метаболизме я снова могу общаться с тобой. Милая.
— Милый? — спрашиваю я, почему он использует современный сленг. Затем хихикаю. Вик заставляет меня смеяться.
В этот момент на церковной башне звонит колокол. Звучит по-настоящему жутко.
Когда мы выходим из леса на тропинку, ведущую в деревню, я оглядываю окрестности. Дух захватывает — это не то, что можно описать словами.