Среди снаряжения нашлись тактические очки из отличного прочного желтого стекла. Если закрыть заглушки, для верности обмотать полоской липкой ленты и приклеить к роже, то они превращались в прекрасную маску для подводного плавания с великолепным обзором и поляризационным стеклом.
Я нырнул.
Рубаха и штаны волосатого, кожаные ремни рыбообразного, на котором висели разные предметы, были в хлам изодраны и изорваны. Пытаясь добраться до тела, подводные обитатели сильно не церемонились. Имелось множество следов от клыков подводных рыбин на предметах и обглоданных костях. Дефендер и нож достался сразу. Глубина оказалась немножко больше, чем я предполагал, — чуть больше трёх метров, — но нырять каждый раз за одним предметом — нормально.
В первую очередь подобрал те вещи, которые подсвечивал интерфейс дополненной реальности, управляемый искином Восхождения. У меня уже после дома отравителей было несколько таких предметов, что с ними делать я не знал.
Обратил внимание на шляпку гвоздя, торчащую из руки водоплавающего, которого я пристрелил. Её подсвечивали интерфейсом. Проблем с подъемом руки не было. Кости были добросовестно обглоданы настолько, что все мягкие и хрящевые ткани или отсутствовали, или были изрядно покусаны. Фактически скелет представлял собой разъединенные между собой кости, в некоторых местах чисто случайным образом соединенными огрызками хрящевой ткани. Оторвать руку, вытащить на берег и выколупать штуковину не представляло никакой проблемы, после чего кость я зашвырнул обратно в воду. У Волка оставалось ещё достаточно рыбы, тушу которой я отпихнул в воду и притопил, сунув в пасть пару массивных камней. Нечего ему кости грызть, когда у него куча мяса. А та рыбина прекрасно зафиксировалась около берега и хранилась в прохладе.
За время засады, а потом ныряния за ценными предметами девчонка спала. Пару раз попробовал её попоить водой, приподняв голову. Действие снотворного, которое полностью отключает организм, уже подходило к концу, поэтому мне удалось влить в неё стакан воды, хотя она и не приходила в сознание.
Очнулась рыбообразная уже к вечеру. Дерево к тому времени почти угасло. Глаза она открывала с трудом. Вначале мумия опять пыталась уползти, но я её придержал и попытался успокоить. Мне сразу выдали, что трелем она больше не будет. Кто я такой, что разговариваю на языке Народа Воды? Она мне за своё спасение должна жизнь и готова рассчитаться, даже если придется рассчитываться собой, и что ей приснился страшный сон, что её раны лечил огромный Найтволк. Чтобы я не смел распускать лапы, потому что она настоящая Восходящая, хотя и дикая, — но обязательно получит гвоздь, — и если что, то жестоко отомстит всем своим обидчикам. И вообще: что на неё такое намотано?
Выждав, пока будет выдан полный пакет информации, я спросил:
— И чего ты, такая дикая и Восходящая здесь делаешь, и откуда у тебя татуировка проекта «Космо»?
Получалась довольно интересная история. Её отец так же, как и я, упал в капсуле, но очень много лет назад. Такие капсулы падают давно. Его подобрали, разумеется, сделали рабом или, по-местному, трелем. Мужик оказался работящий, сообразительный и попал в небольшое племя водоплавающих. Плавать не умел, поэтому почти всё время проводил на берегу, подыскал себе красавицу, которая была готова перейти с водного на земноводный образ жизни, а потом родилась Склизкая. Мужика всё устраивало, никуда он больше не рвался и даже имел право на ношение оружия.
Народ Воды очень неоднороден. Их маленькое племя влилось в большое, и тут начались неприятности. На первый взгляд всё шло своим чередом. Рыбообразной подобрали мужа, которым она была довольна. Муж как муж, у них даже ребёнок был, тоже как все дети. Но был нюанс, который крайне не устраивал отца нашей рыбы.
Для своей дочери он грезил гораздо бóльшие горизонты плюс то, что она станет Восходящей с бессмертной душой, а вождь, который прихватил племя, не собирался никому из присоединённых выдавать некий гвоздь, в котором и пряталась душа после смерти. Отцу Склизкой это не понравилось, но сделать он напрямую ничего не мог, тогда он стал делать на кривую.
Оказывается, такой, как я, — покорёженный Восходящий с гвоздём в голове, как поняла про мой имплант Склизкая, — дело неслыханное. Чтобы стать настоящим Восходящим надо в запястье гвоздь вбить. Но не просто вбить, а в особый храм Вечности отнести, где его и вставят. Тогда человек может видеть команды Наблюдателей и управлять скрижалью, из которой разные полезные вещи делать.
Ни Склизкой, ни ее детям Вечность не светила, а всё потому, что есть жадные вожди. Тогда её отец призадумался и, как человек образованный, впрягся в тему. Многие люди получали звёздную кровь через еду, воду, растения и просто потому, что попадали в разные нехорошие места и становились дикими Восходящими. Потом, как принято думать, они не справлялись с умениями, выходили из-под контроля, и Наблюдатель давал задание на охоту и их уничтожение.
Отец призадумался и стал наблюдать за природой. А так ли всё обстоит на самом деле? В природе множество животных получало высокое развитие и продолжало совершенствоваться безо всяких гвоздей, и Наблюдатели на них плевать хотели, а то и вовсе охраняли, наказывая за бездумную охоту.
А почему, собственно, и нет? Сколько в реальности имеется диких Восходящих и возможно ли контролировать и управлять звёздной кровью? Всех ли уничтожают Наблюдатели и при каких обстоятельствах? Отец разработал целую методику, написал большую книгу, а потом ушёл в лес и где-то зарыл исписанные мелким шрифтом кожаные фолианты, но кое-чему свою дочурку обучил.
Она вместе с отцом развивалась, по капле повышая запас звёздной крови и обучаясь её чувствовать. Они ловили специальных рыб, собирали травы и ели мясо животных, а Наблюдатель плевать хотел на их семейство и полностью игнорировал.
Всё продолжалось несколько лет, а потом старший сын вождя — бронзовый Восходящий возжелал Склизкую не сколько как женщину, а так, ради веселья, просто кости переломать. Ну и как женщину — тоже немного. А отец заступился, да так, что прожёг дырку в голове весельчака. Знай, что отец — тоже Восходящий, может, драка прошла бы и по-другому, но от человека без гвоздя такого не ожидали. Вождь, сыну которого башку прожгли, хотел папаньку моей рыбы сразу придушить, но остальные вожди ему этого сделать не позволили до выяснения всех обстоятельств.
Вожди тогда не на шутку струхнули. Их испугало то, что могли появиться люди, которые могут получить силу сами по себе и не зависеть от племени. Чтобы получить гвоздь, называемый стигматом, все сильные воины должны быть навсегда привязаны к своему племени, и только племя может допустить тебя в храм Вечности, чтобы воткнуть железяку в руки. А Склизкая с её отцом всем мозги взорвали и создали опасный прецедент.
Отца долго держали взаперти, специально подкармливали едой со звёздной кровью, надеясь на то, что Наблюдатель выдаст задание на уничтожение дикого Восходящего, пару раз спровоцировали, и не обошлось без жертв у подстрекателей, но задания на уничтожения дикого Восходящего не поступало. Небесные воины не прилетали и ничто не говорило, что отец рыбообразной собирается съехать с катушек. Потом кто-то пронюхал про рукопись, а потом сарай сгорел, и понеслось!
Поджигали наверняка по поручению вождя, который потерял сына. Это косвенно подтверждается тем, что через день один местный дурачок ему случайно печень на рыбалке гарпуном проткнул, за что и был сурово наказан. А потом Склизкую выкрали. Позже похитителей перебили другие ребята покрепче и еле унесли ноги от группы преследования, а затем она побыла немного трелем там, трелем — сям.
Её ещё пару раз похитили, а потом она сбежала. От поисковой группы она и скрывалась. Их было пятеро, но рыбообразная использовала своё чувство и приманила из болота очень быстрых и неприятных хищников, после чего преследователей осталось двое. Они добежали до речки, но уплыть подруге не дали.
Тут я вмешался. Водяной был из её племени, а волосатый — из Народа Леса и выполнял роль следопыта. Костяной нож, которым он хотел пырнуть мою собеседницу, должен был её парализовать. Кстати, костяная игла, которой она пробила глаз волосатого, тоже была её умением. Она научилась её вытаскивать, просто подумав, и — раз! — костяной шип уже в руке. Отец говорил, что это руна «Предмет», но где Склизкая ею обзавелась, было неизвестно, просто поняла, что так тоже можно.
Дальше-больше. Я рассчитывал услышать историю аборигенки, которая отказалась родить семнадцатого ребёнка и ушла из дома, а её хотели поймать, вернуть, побить или в соседнее племя по любви сбежала. А тут мне оставалось только лоб умно морщить. Склизкая бежала в какой-то храм, где живёт каменная голова. Она почти всегда каменная, но с некоторыми может и пообщаться, одаривать разными волшебными штуками и отвечать на неудобные вопросы.
Много лет назад, когда отец спрятал свою техническую документацию, он пошел в этот храм и попросил голову рассказать о месте, где он зарыл книгу, своей дочери. Мужик был умный и подстраховался. Склизкая представления не имела, где искать ценный фолиант, и выпытать было нельзя. В храм ходили по одному, а выходили через знак и могли оказаться в любом месте огромной зоны на стыке обитания нескольких племён и заброшенных гор. Мест ничейных и нехороших. Наверное, что-то вроде случайного транслокационного портала на площади нескольких сотен километров. В общем, хотите узнать тайны Мироздания, даже если вы поймали его дочку, всё равно она войдёт в храм одна, а потом выйдет не пойми где, а вы её ещё полжизни ловить будете. Оставалось только аплодировать предусмотрительности папашки рыбообразной.
На книгу мне было плевать, а Говорящая голова меня очень заинтересовала. Возможно, мне там удастся узнать хоть что-то про себя.
У местных были весьма ограниченные познания о мире. Склизкая знала очень много и ничего. Она могла рассказать о каждом животном и растении, но при этом на вопрос «почему у нас дерево, а не солнце?» просто хлопала глазами, не понимая, чего же я от неё хочу.
Объясняя концепцию своего мира, пришлось опуститься до местных аборигенских традиций. Переименовать планету в круг, сказать, что светящееся дерево у нас в форме огненного шара, у нас такие растут, а между кругами вместо ледяных земель — бесконечная пропасть, просто нет дна. А между ними мы путешествуем на железных машинах. Да-да, именно это ей отец и рассказывал. А ещё она знает, почему между кругами у нас пусто. Просто всё черви съели.
Узнать у неё что-то по поводу глобальных дел было невозможно, зато она была в курсе всех местных дел, которые творились под ногами.
К самому интересному месту пришёл Кусь с целью тоже немного погреть уши. И стал внимательно прислушиваться и приглядываться. Как оказалось, самым сложным было договориться о Найтволке. Сказать, что мы просто дружим, не получалось. Этого не могло быть в понимании Склизкой, потому что не могло быть никогда и вообще, я какой-то дурак непонятный, неужели не видно, что это Найтволк?