Это был Антон Босяков.
— Доброе утро, ваше благородие! — мужчина бежал на месте. — Чего эт вам не спится? Может желаете составить мне компанию на утренней пробежке?
— Прошу прощения, ошибся палаткой, — начал я именно с этого.
— Да не, ничего! Составите мне компанию?
— Вынужден отказаться, — своё я этой ночью отбегал. — Антон, сделай одолжение… Если кто спросит — мой ноги здесь не было. Хорошо?
— Без проблем, я ведь по-прежнему ваш должник! — быстро согласился Антон.
— Замечательно. Всего доброго, — развернулся я, — и это, выиграй гонку, пожалуйста.
— Ой, обождите, ваше благородие! Мне кажется… — он сорвался с места и вцепился в мой рукав.
Из-за чего я неслабо напрягся, готовясь к худшему.
— Да?
— Вы должно быть ищете нашего гостя родом из Гранады? Его палатка во втором ряду, самая крайняя. Он попросил меня сообщить вам, если вдруг захотите встретиться до старта третьего этапа.
От сердца отлегло. Ну да, не мог же он узнать про убийства, в которых обвиняют меня.
Вскоре узнает, но не раньше восьми утра.
— Спасибо, — мы обменялись любезностями напоследок.
После чего я отправился ко второму ряду, к самой крайней палатке. На входе меня встретил милый коврик в красно-жёлтых цветах.
Вот и храпящий чудак. Пускает слюни и что-то бормочет себе под нос на родном языке. Рядышком две пустые бутылки из-под национального напитка.
Я разбудил испанца лёгким пинком в бок.
— Код красный, повторяю, код красный, — прошептал я.
— Святые cojones… — недовольно проворчал парень. — Выйди нахрен отсюда, козёл…
Видимо он меня не признал.
— Просыпайся, амиго. Нас ждут великие дела.
— Тимофей⁈ — неохотно разлепил глаза Диего, — mierda, сколько сейчас времени?
— Шесть утра. Вставай давай, мне нужна твоя помощь.
— Ух-х-х… Тим, у тебя есть сигареты? — приподнялся Диего, почесывая затылок.
— Нет, но чует моя задница, скоро появятся.
— Значит что-то случилось, — сделал он вывод, достаточно правильный.
— Ага, расскажу по дороге.
— Амиго, может всё же расскажешь подробнее, что происходит? Ни свет ни заря… — тёр глаза Диего, пока мы топали до конюшни, — будить человека это дурная примета.
— Происходит полная задница, Диего, — ответил я максимально кратко.
— М-м-м. И насколько глубокая? — поднял он бровь.