- Парни, надо срочно наведаться на указанную ферму! – начинаю раздавать указания. – Захватим, допросим сатиров, и передохнём перед последним рывком к нашей цели.
Самым сложным оказался путь к найденной ферме, сам захват... тут надо признать, что бойцов на ферме действительно не было. Да и сами сатиры к всеобщему удивлению едва увидев вооруженных людей, с криком бросались к ближайшим кустам или стене и сжимались в комок. Хм, а обычно при одном намёке на лишение доступа к вину сатиры дружно звереют.
С помощью прикосновения перстня к главному зданию, я подчинил себе ферму и с интересом начал рассматривать согнанных ко мне сатиров, гадая кто из них главный. А хотя можно их спросить прямо.
- Кто из вас главный, скоты?
- Я-а-а-а... - вышедший ко мне сатир выглядел... старым козлом. Вот реально.
- Ты и твои сородичи выглядите неожиданно жалко. Даже видимость сопротивления не оказали. Из-за чего так?
- Ракша-а-асы... Они перебили все-е-ех кто пробовал сопротивля-а-аться. Теперь мы их рабы-ы-ы. Таскаем вино и мя-а-асо. Если решат что мало, то жрут кого-то из на-а-аших, кто под руку попадёт.
Хм, интересная ситуация, как раз можно устроить диверсию, которая ослабит нашу цель. А заодно обеспечить лояльность моих новых рабов.
- Избавиться от ракшасов хотите?
- Хоти-и-им! Что взаме-е-ен?
- Тогда так - вы мои рабы! Работаете на ферме, делаете вино, выращиваете и другие сорта винограда, две трети урожая и вина - МОИ! А оставшееся у вас будут выменивать на прочие продукты питания и вещи.
- А на войну не пошлёте-е-е?
- Вы - рабы. Раб застигнутый моими солдатами с чем-то более грозным чем кусторез будет схвачен, допрошен и если будет обнаружен злой умысел, то казнён.
Старый козёл облегчённо выдохнул, но одновременно на его морде была обречённость.
- А как же нам защищаться? От хищников? От разбойников?
- Это будет задача моих бойцов и выделенных боевых рабов.
- Согла-а-асны! А как быть с ракшасами? Вы их убьёте?
- Да. Но всё можно сделать с заметно меньшими потерями среди моих бойцов. Скажи, у вас много молодого вина? – получаю в ответ кивок. – Тогда этим вечером тащите ракшасам всё!
- Но мясо... Без мяса ракшасы попробуют сожрать носильщиков!!!
- Выделим одну телегу с дичью, мне главное чтобы ракшасы напились и их начало шатать.
Сатиры начали бегать, под надзором моих бойцов открыли подвал из которого стали выносить бурдюки с вином. Перекладывая их в одном им ведомом порядке.
- Сэр Пардек. - ко мне обратился неуверенно смотрящий на меня Зигмунд. - Вы уверены что поступаете правильно беря этих зверолюдов своими поданными? Прочие ваши подчинённые вряд ли будут этому рады и не согласятся видеть в них равных.
- Хм. Поданными? Равными? Разве? Они мои рабы! А раб свободному не равен. Раб это имущество! Раб себе не принадлежит!
- Но... рабство это отвратительно! Святые отцы с детства учили о том, что всякий разумный должен быть свободен.
- Столь ли плохая вещь рабство? - усмехаюсь глядя в глаза рыцарю. - Смотри, мой друг, если с иным народом не уживаются, то с ним воюют, и при захвате селения враждебного народа есть два варианта. Если победители рабство не приемлют, то всех сдавшихся мужчин, женщин, детей вырезают под корень. А если приемлют, то захватывают в плен и приставляют к делу. Да и со святыми отцами ты сейчас в ссоре.
Видя несогласие в глазах Зигмунда, я решил привести для него пример, и схватив пробегающую мимо меня девочку-сатира, протягиваю её рыцарю, со словами:
- Вот! Если не согласен с тем, чтобы у меня во владениях были рабы, то вперёд! Избавь их от столь неприглядной участи?
- Что ты имеешь в виду, Пардек? - видно что рыцарь взволнован, даже приставку сэр забыл.
- Как что? Это нелюдь, контролировать их как поданных я нормально не могу. А уже ты, против обращения их в рабство, так что... убей её! - от услышанного козочка закрыла глаза и попыталась сжаться в комок.
- Как же так...