— Да что я, Галкины копейки не знаю⁈
— У нас нет секретов друг от друга! — сообщила ей Галка.
Я подтвердила, кивнув.
— Ну так что? — спросила Галка.
— Назовите номер ваучера и подпишите «Соглашение о выходе из состава учредителей ТОО"» — сдержав вздох, процедила женщина.
Галка назвала номер.
— Вот ваши деньги, — вытащила из сейфа и положила тощую пачку купюр служащая.
— А проценты? — напомнила Галка, торопливо пересчитывая свои кровные.
— Они в другом сейфе, — пояснила служащая, запирая этот сейф.
Мимоходом я заметила, что он буквально набит пачками денег. Эх, жаль, что я не домушник. Хотя даже если бы и была бы, то обворовывать простых людей — грех.
— Какие у тебя проценты? — спросила я Галку.
— Сто процентов, — похвасталась Галка.
— А у меня двести семьдесят, — тоже похвасталась я.
— А почему так? — расстроенно спросила Галка у служащей.
— Да это техническая ошибка, наверное, — выдавила улыбку та, — сейчас я вам принесу деньги.
И вышла из помещения в соседнюю комнату.
— Любаша! — радостно вскинулась Галка, но я зыркнула на неё с многозначительным видом и громко сказала, — мне с тобой про Анжелику ещё поговорить надо…
— Но мы же… — начала Галка, — но я её прервала (пришлось даже наступить на ногу). Слава богу, сообразила наконец-то.
— Поговорим и про Анжелику, и про Ричарда… Я тут дом продаю и хочу деньги вложить в «Хопёр-Инвест». Очень порядочная организация. И тебе советую.
Галка глянула на меня удивлённо, но потом, наконец, сообразила, что, может, здесь записывают.
— Вот ваши проценты, — в кабинет вернулась служащая и протянула ей пачку денег, уже поувесистей.
— Спасибо тебе, Любаша, — от души сказала Галка, — если бы не ты, даже не знаю, как бы я и выдрала из них свои деньги!
— Не выдрала бы, — устало ухмыльнулась я.
Мда, нелёгкая это работа, из болота тащить бегемота. То есть, я теперь считаю, что с бегемотом ситуация легче, чем отдрессировать простодушную Галку вовремя зайти в контору и сыграть эту маленькую сценку.
А ещё сложней будет отдрессировать Галку, чтобы она сыграла потом свою роль, когда я перейду ко второму пункту моего плана…
— Любовь Васильевна! Зайдите ко мне! — позвал меня старейшина, когда я забежала на хоздвор Дома молитв. Членам этой секты выдавали щедрый гуманитарный паёк от «старших братьев» из Бруклина. После моей удачной проделки с деньгами, я тоже получила доступ к этой кормушке и отказываться отнюдь не собиралась.
Я как раз положила увесистый пакет с какими-то иностранными продуктами питания (дома уже раскрою и гляну, стопудово там какая-то херня, типа консервированных персиков и ананасов, и собачьих галет, но хоть какое-то разнообразие на фоне стремительно пустеющих полок в магазинах) в сумку и сейчас собиралась заняться нелёгким, но необходимым выбором — нужно пересмотреть и отложить зимние куртки для Анжелики и Ричарда, и комбинезон для Изабеллы. И отвлечь меня от этого могло только землетрясение, цунами или Всемирный потоп. Ну или Всеволод.
И вот он меня сейчас и отвлёк.
— Сестра Инна, — попросила я, — мне бы для Анжелики что-нибудь поярче, чтобы молодёжное было.
— Не беспокойся, Любовь Васильевна, — сказала женщина, — я отложу всем твоим детишкам. Потом придёшь и спокойно посмотришь.