— А Михасик где взялся?
— Он… санитаром там… ну… в больнице… работает, — смутилась Тамарка.
— И ты ему наплела про деньги, а он организовал тебе побег, да? — догадалась я.
Тамарка вспыхнула и отвечать не стала.
— Что будем делать? — спросила я её. — Ты же понимаешь, что за побег тебя посадят. Лучше уж полечиться в больнице, зато потом вернуться на свободу и жить нормальной жизнью, чем отсидеть срок.
— Уж лучше срок, — буркнула Тамарка.
— Не думаю, — не согласилась я.
— Я туда не вернусь! — заявила Тамарка.
— И как ты жить будешь? — удивилась я, — всю жизнь прятаться? Так в Калинове все друг друга знают. Пару раз тебя увидят, и кто-нибудь обязательно сдаст.
— Не увидят! — бравируя, заявила Тамарка.
— А жить ты на какие шиши будешь? — задала резонный вопрос я.
Судя по тому, как вытянулось лицо Тамарки, эта сторона жизни прошла мимо её воспалённого сознания.
— А ведь ещё есть твой этот Михась, — напомнила я, — он сейчас всё обдумает и решит, что крайняя ты. Как ты думаешь, что он с тобой сделает?
Тамарка вздрогнула.
— Что делать, Любка? — севшим голосом пролепетала она.
— Что за шмотки на тебе? — спросила я, кивнув на её явно недешевый прикид.
— Михась у сестры взял.
— Ну вот, ещё одна причина, почему он тебя на лоскуты порежет, — покачала головой я.
— Ну так придумай что-нибудь!
— Давай так, — задумалась я, — мы тебя вернём обратно, а я подумаю, как сделать так, чтобы вытащить тебя оттуда?
— Я туда не вернусь! — зло заявила Тамарка, — что-то другое придумай! Мне там не нравится! Давай ты продашь дом отца и мою квартиру, а деньги поделим? Я тебе тридцать… нет, двадцать процентов отдам!
Я вытаращилась на неё. Нет, ну вы посмотрите на эту гадину! Дура дурой, а амбиции, как у министра.
— Чтобы продать дом и квартиру, нужно время, — начала перечислять я, — вот смотри, в доме отца прописан он и ещё…
— Кто ещё? — выхватила основную мысль Тамарка.
— Да он жену новую нашел, — соврала я, — хорошая женщина. Вот и прописал её.
— Как ты могла допустить это! — взвилась Тамарка.
— Ну вот так вышло, — пожала плечами я и продолжила нагнетать обстановку дальше, — а в квартире твоей прописаны ты и Владимир.
— Он что, живой? — нахмурилась Тамарка.
— А ты бы хотела, чтоб он умер? — удивилась я, — так тебя же после этого вообще из диспансера никогда не выпустят!
— Что делать? — схватилась за голову Тамарка.