Я ненавидел, когда она уходила без меня. Несколько секунд я с трудом дышал.
Арианна ахнула, когда лианы расступились перед Еленой, и они вдвоем исчезли.
— Срань господня, — улыбнулась Арианна. — Так просто?
— Да, Елена, несомненно, наполнена магией.
— Она должна была быть такой, чтобы заявить на тебя права.
Я улыбнулся, но улыбка быстро исчезла, и я продолжал наблюдать за лианами.
— Ты ненавидишь каждую секунду этого, не так ли?
— Конечно. Если что-нибудь случится с Еленой, пока она там, эта миссия провалена.
— О, черт. Я об этом не подумала.
Принцесса Ариса терпеливо ждала вместе со мной. Несколько минут спустя усики лиан раздвинулись. Елена вышла с человеком, которого заменил Байрон.
Она забрала еще троих, и еще трое вышли.
Они ушли с моим отцом, а Елена подошла ко мне с таким видом, словно у нее была своя миссия.
Затем она последовала за ним.
— Куда ты направляешься?
Она не ответила, но я мог сказать, что она направилась прямиком в кабинет моего отца. Она хотела получить ответы.
Она открыла дверь кабинета моего отца.
— Принцесса? — спросил Гельмут.
— Мне нужно знать, какие данные у них?
Гельмут улыбнулся.
— Нет, — закричала Елена прежде, чем он успел что-либо сказать. — Блейк и я должны убить Саадедина. Говорит ли нам что-нибудь из этой информации о том, где он находится? Как он выглядит?
— Ладно, просто оставь мне сегодняшний день, ладно? Вы с Блейком сможете присутствовать завтра, когда король Калеб и все его люди будут проинформированы обо всей имеющейся у нас информации.
— Обещаешь? — Она была непреклонна.
— Даю слово, — сказал Гельмут.
Она кивнула, и я взял ее за руку и вывел из зала.
У меня возникло странное ощущение, что Елена знала, что Гельмут что-то скрывает от нее. Этим чем-то был Горан, его близнец во всех проявлениях.
Часть меня чувствовала, что ей тоже нужно это знать. Это было предчувствие. Но тогда это бы означало, что я не буду выполнять свою работу, а это было невозможно. Мы не расстанемся. Я буду защищать ее ценой своей жизни и умру за нее. Если я увижу Горана, то испепелю его на месте.
— 8~
Елена лежала в моих объятиях на диване. Я скучал по тому, чтобы держать ее в своих объятиях.
Она была неразговорчива, как бы я ни старался занять ее. Я продолжал посылать Джорджу сообщения. Я знал, что она беспокоилась о Бекки и о том, заговорит ли та с ней снова. Насколько злой может быть одна цыпочка?
— Блейк, — отец прошел мимо дивана, на котором лежали мы с Еленой. Он кивнул мне, чтобы я следовал за ним.