Я знал, почему он не хотел со мной разговаривать. Он точно знал, о чем идет речь.
Реймонд исчез прежде, чем я успел сказать ему, как мне жаль.
Сияние материнского шара становилось все слабее, а затем и вовсе прекратилось.
— Нет, нет, нет, нет, — сказал я.
Минг коснулся моей руки.
— Ей нужно отдохнуть. Она будет выполнять свою часть работы до тех пор, пока ты не получишь то, что тебе нужно.
Услышать, как Минг произнес эти слова, было облегчением.
Я кивнул и нырнул в воду за другими шарами.
Если Люциан думал, что я так быстро сдамся, то пусть подумает еще раз.
Монахи готовили еду. В основном это был рис и овощи, выращенные в их саду, но это было одно из лучших и вкуснейших блюд, которые я когда-либо ел.
— Итак, твой друг не хочет разговаривать? — спросил Минг, когда мы уселись на полу вокруг столов высотой с теленка.
— Тогда, я думаю, он встретится со мной лицом к лицу. Ему тоже нравился мой всадник, и я знаю, почему он не хотел со мной разговаривать. Она с ним.
— Блейк?
— Я должен вернуть ее. Я не могу жить без нее, Минг. Я не создан для того, чтобы жить без нее.
— Ты дал ей сущность?
— Да.
— Что тебе нужно?
Я вздохнул, благодарный за то, что он не принял меня за полного сумасшедшего.
— Мне нужен кто-то, кто присматривал бы за моим телом, пока мой дух бродит по другой стороне в поисках нее.
Молчание затягивалось.
— Ты хочешь вернуть ее, не так ли?
Я вздохнул.
— Знаю, это звучит глупо.
Он улыбнулся и покачал головой
— Не глупо, а храбро. На той стороне время работает по-другому. До твоего возвращения могут пройти годы.
Годы? Я посмотрел на него.
— Тем не менее, это путешествие, которое тебе не обязательно совершать в одиночку. Мы проводим тебя ко входу, но войти можешь только ты.
— Они позволят мне пройти?
Он посмотрел на материнскую сферу.