— Ты в этом уверен?
— Абсолютно.
— Хорошо, — она взбирается на меня, садится сверху и укладывает меня на спину. — Потому что я тоже не хочу развода.
Мои руки взлетают к ее бедрам, крепко сжимая.
— Уверена? Я знаю, мы сделали все немного задним числом.
— Похоже, что я не уверена в том, чего хочу?
— Нет.
Она опускает руку между нами и гладит меня поверх спортивных штанов.
— Может, тогда просто не хватает убедительности…?
Мои губы кривятся в усмешке.
— Теперь, когда ты об этом заговорила, я чувствую себя не слишком-то убежденным.
Она гудит в ответ, приникая губами к моему пирсингу на соске, и посасывает нежную кожу вокруг.
— Тогда позволь все разложить по полочкам, — языком она играет со штангой. — Ты — мой муж, — ее рука скользит под пояс штанов, и она вытаскивает член, делая несколько уверенных движений. — Мы дали клятвы. В болезни и здравии, — она скользит своей влажной киской по моему члену, обволакивая возбуждением. — В горе и радости, — головка члена упирается в ее вход, дразня. — Пока смерть не разлучит нас, — она замирает, и глаза поднимаются к моим. — И я ни на что бы не поменяла этого.
— Я тоже, детка.
И затем она опускается на меня, погружая член в себя, и мы оба вскрикиваем от облегчения. Ария отстраняется и садится, восседая на мне как богиня, каковой и является. Я не могу оторвать от нее глаз. Колыхание ее грудей, завораживающие глаза, изгиб бедер, то, как ее киска поглощает меня целиком… я охвачен этой женщиной. Я в ее власти. Она завладела мной, сейчас и навеки.
Она проводит пальцами по моим плечам и груди, и тут ее взгляд падает на мою татуировку — на новое дополнение.
У нее отвисает челюсть.
— Что… когда ты успел ее сделать?
— Этим утром, — я ухмыляюсь. — Небольшой подарок мне самому на день рождения.
Я знал, что хочу сделать татуировку с тех пор, как увидел в больнице семейную фотографию Джулианы. Добавить фигурку Арии в виде палочки и слово «МАМОЧКА» в почерке Джулианы было для меня очевидным решением. Я хотел, чтобы наша маленькая семья навсегда осталась на теле.
Ария обводит кончиками пальцев кровоточащую кожу, глаза широко распахиваются от восхищения.
— Ты нанес себе на ребра татуировку, и при этом спрашивал, хочу ли я развода?
Я хихикаю.
— Мне нужно было спросить, чтобы убедиться, что это и есть то, чего ты хочешь.
— Всегда интересуешься согласием с того самого первого дня, как мы познакомились, — она одаривает меня улыбкой. — А мне надо было всего лишь, чтобы ты вытрахал меня.
Я обнимаю ее и переворачиваю нас, пока Ария не оказывается на спине подо мной.
— Тогда держись крепче, потому что я собираюсь оттрахать свою жену.
— Наш капитан вернулся!
МакКинли хлопает меня по наплечникам, когда мы плетемся к выходу из раздевалки.