— А про Империю они откуда узнали? Что её спасать надо?
— От кого, — поправил фельдъегеря Бродяга. — От кого узнали. От придворного Менестреля. Он эту историю уже во всех столичных питейных поведал. Что один рыцарь при нём, Менестреле то есть, наотрез отказался от принцессы, сколько Дракон его взять ту принцессу не уговаривал. И даже лично приказал ему на смотрины её доставить. Доставили. И не просто доставили, а с эскортом гномов. Целых семь штук этих гномов там было. Все при параде. Но рыцарь ни в какую! На принцессу даже не посмотрел. Империя, говорит, гибнет! Не до принцесс сейчас!
Рассказывал Бродяга с юмором. Ковбой слушал, забыв про свою давно погасшую трубку. Оба с удовольствием посмеивались над облапошенным Драконом. А вот Дасту было не до смеха. Если с Верховным Мерлином он ещё рассчитывал как-то решить свои проблемы, то с Драконом договориться не получится. Особенно, если тот будет зол. А обозлится Дракон обязательно. Но сейчас обозлился Даст.
— Он же обещал молчать, зараза! — процедил он сквозь зубы.
Бродяга резко повернулся к нему, замолчав на полуслове. Вопрос на лице мерлина сменился радостным пониманием.
— Это ты! — уверенно произнёс он. — Это ты, тот рыцарь! Хоть и не похож на свой портрет, но себя только что выдал! От тебя такой поток энергии исходит, захлебнуться можно! Я сейчас твои переживания как по книге читаю! — Бродяга на секунду прикрыл глаза и улыбнулся. — Понятно теперь, почему ты Барьером интересовался. Империя по ту сторону находится, да?
Фельдъегерь нехотя кивнул.
— Отлично! — обрадовался Бродяга. — Это я удачно сегодня к вам зашёл! Могу помочь. Но стоить моя помощь будет дорого. Согласен?
— Можно попробовать, — согласился Даст. — Что надо делать?
— Для начала объявим войну Приземноморскому королевству, а там видно будет, — ответил мерлин.
Глава 23
10.
— Войну?
— Войну.
— Приземноморскому королевству?
— Как-то так. Давно хотел это сделать, но сомневался в результате, а теперь, думаю, обязательно их разобьем. Есть кому военную кампанию возглавить. Безвыходное положение для любого серьёзная мотивация. А тут целому рыцарю со всех сторон угрожают! И награда за твою голову его величеством хорошая объявлена. Дракон, когда обо всём узнает, тоже скаредничать не станет. Многие захотят за твой счёт обогатиться. Я, кстати, тоже молчать не собираюсь. Выдам, глазом не моргну. Так что соглашайся. Выбора у тебя нет.
Выбора у Даста действительно не было. Но авантюрное предложение залётного мага-недоучки тоже не гарантировало успеха, что бы тот себе ни вообразил. Создавалось впечатление, что он вообще не в своём уме. Причём не только у фельдъегеря.
— Ты что, взаправду что ли воевать тут собрался? — не поверил Ковбой.
— Конечно! — рассмеялся Бродяга. — Мы и тебя с собой на войну возьмём. Ты же свою трубку мира ведь уже выкурил!
— Втроём против всей королевской армии, значит, — Ковбой выбил о ладонь трубку, продул её, спрятал в карман. Поднялся. Поправил кобуру с кольтом и шляпу. — А против одного меня хоть выстоишь? Вот счас и узнаем. Счас я тебе голову на место ставить буду! Готов?
Ковбой сжал кулаки, шагнув в сторону Бродяги. Но запутался ногами в коряге и, как подкошенный, рухнул в траву. Даст мог поклясться, что никакой коряги мгновение назад здесь не было.
— Давайте не будем ссориться! — выставил ладони Бродяга. — Нам ещё вместе столько дел сделать придётся!
— А вот это твоя правда… — Ковбой встал на ноги с корягой в руке. Отшвырнул её в сторону. — Ссориться мы не будем. Ты у меня без всякой ссоры счас накроешься! Как тот прохвессор! — и, шевельнув пальцами, потянулся к револьверу.
Выхватить оружие из кобуры Ковбой успел, а вот применить нет. Оно само себя применило. Непонятным образом вывернулось из руки ковбоя и, выстрелило уже в полёте. Пуля визгнула возле головы Даста. Тот понял, что дело принимает серьёзный оборот и, перепрыгнув через гаснущий костёр, тоже бросился на мерлина. Что случилось потом, он так никогда и не вспомнил.
Просто обнаружил, что сидит на лавке в хижине. Эту хижину Ковбой давно сложил в роще из природного камня. На случай непогоды. Сейчас каменную кладку стены Даст ощущал своей спиной. Напротив, за столом из грубо отёсанных досок сидел Бродяга. Он молча смотрел на фельдъегеря, выстукивая пальцами по столешнице что-то ритмичное. Рядом высилась стопка ржаных лепёшек и лежала большая головка сыра. Над столом, освещая хижину тёплым светом, висел шар. Явно магический. В очаге догорали одеревеневшие стебли прошлогодней сакурии. В маленькое окошко с ночного неба заглядывали звёзды.
Рядом громко выругался Ковбой. Судя по удивлённой интонации, он, как и Даст, только что пришёл в себя.
— Очнулись? Вот и замечательно! — улыбнулся Бродяга. — Сейчас будем ужинать. Честно говоря, я со всеми этими делами успел сильно проголодаться!
— Ужинать, говоришь! — прорычал Ковбой. — Да я с тобой не только за один стол, я с тобой рядом в прерии…
— Кстати, о прерии! — перебил его Бродяга. — Насколько я знаю, ты очень скучаешь по своей Америке. Могу помочь вернуться. А тебе, Даст, помогу вернуть секретный пакет и отправлю на Вирджинию.
— Откуда знаешь про Вирджинию? — спросил фельдъегерь.