Я открыла глаза и пораженно уставилась на Рона.
— Говори, у меня каша в голове, — выдохнул он.
Выглядел немного помятым, но лучше, намного лучше, чем вчера. Я проморгалась, солнце уже встало. Сколько же я проспала?
— Ты совсем ничего не помнишь? — аккуратно спросила я низким мальчишеским голосом.
— Просто скажи. Никто вчера не приходил к нам? Девушка, например…
— Нет, конечно, нет, — поспешила я. — Ты потерял сознание у реки, и я дотащил тебя до костра.
— Проклятье! Точно никого не было? Девушки. Голой девушки…
Я не смогла сдержать смешок:
— Голую девушку я бы точно заметил.
— Быть не может, чтобы я так… снова…
Снова? Неужели я периодически являюсь ему во снах?
— Как голова? — спросила я, переводя тему.
— Тяжелая, но нормально. Лучше.
— Может, еще поспишь?
Рон тряхнул головой и внимательно посмотрел на меня.
— А я ничего такого не говорил в бреду? — спросил он негромко.
— Нет, молчал, как рыба.
— Ну ладно… Просто привиделось или приснилось.
Рон невесело усмехнулся и отстраненным взглядом уставился на свои ботинки. Я тоже усмехнулась. В глубине души. Слишком глубоко, так глубоко, куда никто не в силах забраться, я хотела, чтобы он помнил вчерашнюю ночь. Но Рон не помнил. А если и помнил, то счел грезой.
К нам подошла Мия, присела рядом со мной и подала плошку с похлебкой.
— Это тебе, — сказала она неловко улыбаясь.
Похлебка? Я пока еще не успела вспомнить о еде, но все же приятно.
— Спасибо, — улыбнулась я. — А моему другу?
— Мы здесь не занимаемся благотворительностью. Особенно по отношению к тем, кто угрожал моему отцу.
Справедливо. Я бросила взгляд на Рона, казалось, мыслями он был далеко, очень далеко. Возможно, вспоминал вчерашнюю ночь.
— Спасибо еще раз, — кивнула я девушке.
— Пожалуйста.
Но Мия не уходила, она смотрела на меня так, словно ждала чего-то еще.
— Спасибо, — повторила я, намекая, что можно уже идти.
— Я сама готовила, — сказала Мия, — попробуй обязательно.