Сотню дней.
Тысячи.
Бесконечность.
Загвоздка заключалась в неуверенности сможет ли он вынести хоть день? На данный момент не хотелось и пятнадцати минут выдерживать без своего близнеца.
Обнаженный и мокрый после принятия душа актер стоял перед зеркалом, украшающее большую основную ванную комнату. Положив влажные ладони на темную мраморную стойку, он вгляделся в свое отражение.
Хью Айверсон. Лауреат премии «Оскар». Обожаемый мужчина Голливуда. Будущий супруг Норы Кемп. Безмерно богатый. Несомненно пользующийся уважением.
Вот уже тридцать два года он стремился к этому уровню совершенства. Это являлось ролью — фасадом, — которая требовала точной стратегии и неустанного усилия. В то время как Трент на протяжении десятилетий каждый день делал все, что вздумается, Хью придерживался единственного пути. Того, где безупречно разыгрывал каждую карту в колоде. Пути, предопределенного для величия, которого он достиг. У него была идеальная жизнь.
Идеальная женщина.
Идеальная репутация.
Он всматривался в зеркало и размышлял, не слишком ли поздно спуститься вниз и во всем признаться. Отказаться от такой жизни. Пустить коту под хвост весь кропотливый труд, деньги и славу, стоящие за этим.
Он нуждался в своем брате-близнеце. Нуждался во второй половинке сердца, нуждался в единственном человеке, который не осуждал, который любил его, несмотря на трещины в их душах. Его брат был долбанутым и искалеченным, но и про него ровно то же самое можно было сказать. И теперь, потеряв близнеца, у него осталась лишь Нора.
Повернув голову, он посмотрел в сторону ее покоев, занимавших противоположный конец этажа. Стоило рассказать ей правду. Если кто и понял бы, то это она. У нее сложились свои непростые взаимоотношения с ними обоими.
— Ты любишь его? — он задал этот вопрос, когда оба были обнажены: мужчина обнимал женщину, перекинув ногу через ее бедро.
Она вывернулась из объятий, оказавшись лицом к лицу с ним; легкое дыхание обдало его подбородок.
— Конечно, люблю.
— Так, как любишь меня? — он одновременно страшился и отчаянно ждал ответа.
— Я не смогу полюбить кого-то так, как люблю тебя, — мягко произнесла она.
— Тогда почему ты с нами обоими?
Нора взяла его за руку и поднесла между своих ног.
— Потому что сейчас мне необходимы и хаос, и постоянство. Когда-нибудь, обещаю, я это превозмогу и буду только с тобой. Он поймет.
Когда-нибудь. Он не верил ей. Хотелось бы, но не верил. До сих пор.
Теперь, желал этого кто-то из них или нет, оставался лишь один брат.
Один потерянный брат, как корабль в море, что не знал, причалить ли к Норе или принайтовить якорь к ее душе.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ
ДЕТЕКТИВ
— Следующая остановка — трентов замок, — заговорил Кевин нараспев, когда они пристегивались в машине. Он покрутил брелок, что они нашли в замке зажигания «Шелби» Трента. — Это на Лома Виста Драйв. Расфуфыренное место. Вбила в навигатор?
Фара взяла связку ключей, соединенных красным карабином. Когда Кевин выехал из ворот Айверсона, она вбила адрес в компьютер, установленный рядом с сиденьем.
— Указано, что ехать семнадцать минут. Не так уж долго. Надеюсь, успеем осмотреть большую часть, прежде чем стемнеет.
— Я уже скинул адрес Анаике. Она встретит нас.
Фара резко повернулась на сиденье лицом к нему.