Хозяин вновь встретил гостью у подножия лестницы и сопроводил в столовую. За завтраком говорили мало, Ника все еще не могла преодолеть неловкость, возникшую накануне. Покончив с едой, Мир откинулся на спинку стула.
– Предлагаю вам отправиться сейчас в оранжерею. Думаю, Дар вас уже заждался. Меня, к сожалению, зовут дела. Однако после обеда я обещаю вам разобраться с вашим гардеробом. Смею намекнуть, что приготовил вам сюрприз.
– Спасибо! – обрадовалась Ника.
Может быть, ей позволят выбрать платье самой, и не такое серенькое, как у незаметных служанок, – это она сгоряча ляпнула, что ей подойдет самый скромный наряд! Нике все же хотелось выделяться на общем фоне, ведь у нее тут особый статус.
Сделав большие глаза, она склонилась к уху сидящего Мира:
– Мне неудобно задавать такие неприличные вопросы, но…
– Но? – подбодрил он ее.
– Я уже поняла, что эти девушки тоже перекидыши: стихийникам в вашем доме делать нечего. А какая вторая ипостась у них?
– Догадайтесь, – ответил Мир, пожимая плечами: в уголках губ таилась улыбка.
Ника выпрямилась и насупилась, выжидая, чтобы никого из служанок не оказалось рядом. Потом она снова прошептала Миру на ухо:
– Э-э… Никого не хочу обидеть… Мыши?
– Браво! – Он рассмеялся. – Да, вы очень проницательны. Те, кто помогает тут и обеспечивает чистоту в доме, практически все принадлежат к этому виду. Очень удобно, что распоряжаться ими поставлен Флоризель, – вам не кажется?
Ника хихикнула.
– Да. Наверное. Надеюсь, они не слишком его боятся.
Мир отмахнулся:
– Что вы. Они же не животные. Это просто доступная им ипостась. У них несколько больше возможностей, чем у людей… Не в обиду вам будь сказано.
«И то хорошо, что уже не извиняется», – подумала Ника.
Глава 23
Улыбаясь своим мыслям, Ника последовала совету Мира и поспешила в оранжерею. Ей померещилось, что впереди мелькнула серая тень – то ли обман зрения, то ли вездесущий Флоризель. Да какая разница!
Огнедар и правда встретил Нику почти сразу же, стоило ей углубиться под сень деревьев. Видимо, ждал ее давно.
Сегодня она заметила одну странность, ускользнувшую от ее внимания накануне: лес казался вполне натуральным, однако здесь совсем не было слышно пения птиц.
– Птиц здесь нет? – растерянно спросила она у Дара.
– Птиц? – Он, казалось, удивился. – Наверное, было бы нечестно притащить сюда настоящих птиц и заставить их жить в одной из комнат дома. А если вам не хватает иллюзий, наверное, можете попросить отца…
– Нет, – быстро ответила Ника. – Иллюзий мне хватает.
Они дошагали до лужайки, где познакомились, и Дар выжидающе замер.
– Вы обещали со мной петь, – напомнил он, отчаянно стесняясь, отчего его заявление прозвучало грубовато.
– Да, – охотно согласилась Ника. – С удовольствием! Боюсь только, у нас пока нет ни одной песни, которую мы знали бы оба.
– У меня хорошая память, и слух мой вы вчера похвалили.
– Да, верно. Надо научить тебя какой-нибудь песне для начала… Я-то не могу похвастаться ни памятью, ни слухом. Я лучше буду просто слушать то, что ты захочешь для меня исполнить.
Дар покраснел: щеки стали едва ли не того же цвета, что и непослушные вихры.