— Что будем делать? — всхлипнула она.
— Не торопись. Раз голову сразу не отрубили, еще поживем.
— Молчать! — вытаращил на нас глаза страж.
— Прости, любезный, — широко улыбнулась я. — А куда ты нас везешь?
— Туда, где таким наглым самое место.
Повозка остановилась, толчками и пинками нас погнали по какому-то рабочему двору, покрытому грубо отесанными камнями, втолкнули в мрачное каменное здание. Пока шли по длинным петлистым коридорам, холод пробирал до костей. Мы с Фисой еще теснее прижались руками и боками, сцепили пальцы. У нас стучали губы и дрожали губы.
— Это холодильник, что ли? — не выдержала я испытания морозом.
— Молчи, ведьма!
Толчок в спину окончательно взбесил меня. Я развернулась, выбросила ногу в шпагате и залепила здоровяку пощечину.
Он оторопел. Это было так неожиданно, что женщина посмела защищаться, что даже рефлексы не сработали. Охранник схватился за щеку, покраснел и завопил во все горло:
— Морух-а-а-а…
Страж резко нагнулся, я отшатнулась, увидев лицо, перекошенное бешенством. Не успела попрощаться с жизнью и даже испугаться, как оказалась на плече гиганта.
— Пусти!
Я заколотила кулаками по его спине, попыталась даже укусить за плечо, но страж открыл дверь клетки и швырнул меня внутрь. Очнулась на полу. Если бы не куча соломы внутри, я наверняка отбила бы себе бока.
— Фиса, где ты?
Я села, потом кинулась к решетке. Начала яростно дергать прутья, пинать их ногами.
— Я здесь, — зарыдала Фиса. — Зачем я с тобой связалась? Говорила мне матушка…
Девушка была в клетке напротив меня. Она сидела на полу, хлюпала носом и размазывала по лицу слезы.
— Не плачь. Ты мне сердце разрываешь на части, — всхлипнула и я.
Через секунду мы выли в два голоса, обвиняя несправедливое решение короля и свою несчастную долю.
Наконец обе затихли. То ли слезы закончились, то ли надоело страдать, но я в последний раз шмыгнула носом и встала. Фиса тоже вытерла глаза и посмотрела на меня.
— Что делать будем?
— А где это мы?
— В темнице. Говорят, отсюда никто не выходит живым.
Ее лицо снова скривилось, уголки губ поехали вниз.
— Ой, не начинай! — отмахнулась я с досадой. — Рыдания нам не помогут, а вот трезвая голова даже очень. Скажи, почему принц остановил солдата?
— Не знаю.
— То-то же. Значит, мы еще зачем-то понадобимся, давай не будем раньше времени отчаиваться.
Но прошел час, другой, день уже клонился к закату. Я видела, как в крохотном окошке у потолка гаснет свет. А за нами никто не шел. Мы поспали, завернувшись в солому, которая не спасала от холода. Он пробирал до костей. Лишь когда совсем стемнело, раздались звуки открываемого замка, потом топот множества ног.
Я насторожилась, на всякий случай забилась в дальний угол и прикрылась соломой. В тусклом свете факелов показался король собственной персоной. От его высокого и мощного тела шли волны силы и величия.