“Добро пожаловать на небеса”, - тихо хихикнула я. “Расскажи мне о своих грехах, и ты уйдешь. Не-а, просто шучу. Ад такой же яркий”.
Вот дерьмо. Я сказал это вслух.
“Так поэтично”, - фыркнул Рафаэль.
“Мама хороша в рифмах”, - прокомментировал Габриэль, уже выходя из машины. — Тетя Аврора говорила, что она иногда участвует в школьных поэтических конкурсах.
Я помахала рукой, выходя из джипа одновременно с Рафаэлем. — Это было давно.
Обойдя джип и положив руку мне на поясницу, он повел меня вверх по большим каменным ступеням и через большую дверь. Мы прошли через просторный мраморный вестибюль с круглой мраморной лестницей, ведущей на первый и второй этажи.
Мои глаза метнулись вверх и обнаружили над нами большой купол с изображением архангелов. Четыре ангела — Рафаэль, Гавриил, Михаил и Уриил.
Я опустила взгляд и увидела благоговейное выражение лица Габриэля и его слегка приоткрытый рот, когда он уставился в потолок. “Я никогда не хочу уезжать”, - заявил он.
“Это делает меня счастливым, приятель”, - весело сказал Рафаэль. “Я хочу, чтобы ты и твоя мама были счастливы здесь”.
От меня не ускользнуло, что он делал все возможное, чтобы заставить Габриэля полюбить это место. Не то чтобы ему пришлось много работать над этим. Это место было похоже на рай на Земле, и из каждого окна, в которое вы заглядывали, открывался вид на кристально голубую воду, простирающуюся на многие мили до горизонта.
“ Хочешь, я тебе все покажу? предложил он.
Мы с Габриэлем обменялись взглядами, затем кивнули. Мы продолжили нашу прогулку через вестибюль и вышли через заднюю дверь, где зеленый садовый оазис встретил нас очаровательной маленькой каменной дорожкой, ведущей к тому, что выглядело как пляж с белым песком.
Даже отсюда я слышал, как волны разбиваются о берег.
Без всякого предупреждения габриэль промчался мимо нас.
Мы шли на звук его счастливого смеха по маленькой романтической тропинке, затененной пальмами, до самого пляжа.
И все это время я слышал голос моей сестры. Будь счастлив, плыви.
Легкий ветерок и шум волн разбудили меня, и я вскочил. Была середина ночи, и я лежал в большой кровати с балдахином, вырезанной из красного дерева. Маленький ночник отбрасывал мягкий свет на комнату, и я находил в нем утешение.
Глубокий вдох. Мягкий выдох.
Влажность в воздухе была густой из-за соленого аромата. Меня окружала белая москитная сетка, и я перевела взгляд на открытое окно и увидела отражение луны в темной поверхности моря.
Затем события сегодняшнего дня, или это было вчера, нахлынули на меня. Просыпаюсь рядом с Рафаэлем Сантосом в каюте Эшфордов, едва спасаюсь от нападения и лечу на частном самолете на остров.
И его настойчивое требование, чтобы я вышла за него замуж.
Я сказал ему, что подумаю об этом. Он ясно дал понять, что думать будет не о чем. Тем не менее, я бы не позволил этому человеку командовать мной.
Разумная часть меня знала, что он спас жизнь Габриэлю. И мою. Но другая часть меня понимала, что с острова нет выхода. Это была защита, но в то же время и своего рода заключение. Хотя я также испытала облегчение, обнаружив, что он не повез меня в Майами, место, где Аврора, Уиллоу и я видели, как его отец пытал Аню.
Кошмар, который преследовал нас последние семь с половиной лет.
Хотя пока этого вполне достаточно. Пока я не придумаю план получше.
Встав с кровати, я прошлепала по полу, выложенному испанской плиткой, к большому открытому окну, ведущему на балкон. Днем вид был великолепным. Даже ночью полоски лунного света танцевали на темной поверхности.
Отойдя от балкона, я направилась из комнаты в спальню Габриэля. Она была прямо рядом с моей. Я нашел его в глубоком сне, в его обычном положении нога свешивалась с кровати, а темные кудри закрывали часть лица.
Я приблизилась к кровати и убрала кудри с его лица. В таком виде он был похож на темного ангела, выражение его лица было расслабленным. Мне было больно видеть страх на его лице, когда в нас стреляли.
Еще страшнее была мысль, которая засела у меня в голове. Что мои родители были связаны со вчерашним нападением. Я не сказал маме, что был в коттедже, но, возможно, она догадалась. Или, может быть, мой глупый комментарий о том, что я был у Эшфордов, насторожил ее.