Я вздрогнул, вот-те на. Совсем и забыл про него. Эльтеков.
- Но до окончания пробного периода пользования без него остался месяц. Ничего противозаконного, на первый взгляд, не случилось.
- Я все прекрасно знаю и заказал преобразователь в первый день пользования.
- Стойте, стойте, Судеев. Вы хотите сказать, ваш робот помогает всем и каждому без датчика?
Я задумался над его словами. И, правда, опыта пользования новыми моделями у меня не было.
- Буду вынужден сообщить о вашем случае в "Железный мир".
- Я отдам робота на диагностику.
- Смотрите сами, но запомните, Судеев. Если уж собрали механизм, будьте добры позаботиться о его поведении. Каждый помощник прикреплен к хозяину и помогает ему. Вы же не станете брать чужой мобильный телефон и пользоваться им?
С ответом я не торопился. Законы непрестанно редактировались, выпускались в новой редакции, и каждое слово могло сыграть против меня.
- Вот видите, - выдохнул заместитель ректора. - Я не стану говорить о вас полиции и службе безопасности университета, хотя они наверняка про вас прознали сами. Просто помните, что робот помогает человеку, а человек помогает роботу. Вместе мы становимся лучше. И в то же время принадлежим друг другу. Не вмешивайтесь в чужие дела.
- Но как же простая помощь? - спросил я. - Довести до медпункта, подать руку и предупредить об опасности. Все это может поднять кому-то настроение, даже спасти жизнь.
- Хм, Судеев, вы слишком настойчивы. У той девушки был свой робот и от действий вашей старой модели его позитронный мозг стал перезагружаться и вышел из строя. Его ремонт обойдется родителям студентки в хорошую сумму. Подать руку могли и другие, но ваш робот всех опережает везде, где только можно. Еще раз повторю, не лезьте в чужие дела. Ели кому-то плохо, осмотритесь: вдруг к человеку бежит его новая модель с аптечкой в груди, а не ваш ржавый, простите, друг. Уловили?
- Конечно, - ответил за меня Фил.
- Вот и хорошо. Ждите датчик и все-таки отдайте робота на диагностику.
Я кивнул и заметил боковым зрением, как Фил повторил за мной.
Я был разбит, раздавлен и опустошен. Роботу сказал идти в домик. На негнущихся ногах добрел до дома, напился воды, есть не хотелось. Бросил пустой взгляд на отца у телевизора, маму, болтавшую с подругой по телефону, и вышел на улицу.
В лесу - свежо, густо пахнет елью и сосной. Фил стоял у поверженного ветром ствола дерева с задранной к небу головой, блестевшей в лучах вечернего солнца.
Крест я смыл, на диагностику отдавать не стал - не по карману он мне. Признаться, не знал и чем буду платить за Эльтекова. Недаром по электронной почте приходили кредитные предложения от банков.
- Фил?
Робот взглянул на меня.
- Давай мы назовем это место тайным?
- Тайным, ага, понятно.
- И будем сюда приходить в трудные, беспросветные времена.
Фил невыносимо долго светил на меня глазами.
Одним ясным утром мне позвонили с неизвестного номера и попросили ждать на линии. Я подождал и услышал приятный, поставленный и уверенный голос.
- Сергей Судеев, доброе утро. Эльтеков беспокоит.
- Здравствуйте, неожиданно рад вас слышать!
- Я очень занят, сразу к делу. Мне сказали про вашего робота из каких-то завалявшихся деталей на складе некой конторы в городе. Интересно, вы не можете сказать маркировку позитронного мозга?
- Увы, если и было что-то написано, стерлось безвозвратно.
- Знаете, Сергей, меня на уши поставили с вашим случаем. Таких старых роботов давно не встречалось. Могу сказать с полной уверенностью, вы счастливчик: на каждую тысячу выпускаемых моделей приходится одно исключение. Моя теория основана на одушевлении всего неодушевленного, но датчики пустили в производство потому, что заводу нужно зарабатывать, понимаете, о чем я?