"Млечный Путь, Xxi век", No 1 (38), 2022: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Девочка кивает, обозначая согласие. Слово "келья" она знает. Ее мальчик увлекается историей.

Пауза. Мальчик:

- Более того, некоторые предсказывали, что в самих странах усилится разделение на классы - малочисленный более интеллектуальный, креативный, и, скажем так, базовый. Первый - от одной тысячной до одной десятой. Это, кстати, сгладит соперничество между странами. Да, и вот еще мелочь, но она подтвердилась - сильная индивидуализация.

- Чего-то определенного?

- Товаров, услуг.

- А образования?

- Отчасти и его. Один гениальный писатель тех времен написал "есть всего четыре штуки, которые мы делаем лучше всех остальных: музыка, кино, программы и скоростная доставка пиццы". Обрати внимание, как точно все предсказано.

- Ну да, медиа, индивидуальные услуги и интеллектуальный продукт.

Пауза. Мальчик:

- А еще я нашел одного автора, который пытался построить футурологию на базе законов, подражая физике и биологии.

- Динамических законов или законов сохранения?

- О! Это принципиально, солнышко, ты права.

Она жмурится от удовольствия. Она именно такого больше всего его любит. Забывающего, что она - его любимая девушка, и хвалящего ее как ученика или даже как равного. Она знает, что хотя он - правда, последние месяцы - школьник, но уже преподает в местном университете и вроде бы ему это нравится. Преподает самый простой вводный курс общей истории, но все же! Тем более, что она и сама там учится и уже немного работает. Она знает, что он любит свою работу и ее - почти так же, - думает она, - как и работу. Она не ошибается.

- Он придумал три закона сохранения, написал об этом две статьи, может и больше, но я нашел две, в одной как раз использовал это деление, и пожалел, что слабо продвинулся в направлении динамических законов. Что касается законов сохранения, то он считал, что должны сохраняться три вещи - разрыв между возможностями и потребностями, адаптабельность общества и социальный капитал.

- Второе и третье понятно, а про первое - он считал, что возможности больше?

- Да, причем за счет этого разрыва существует культура.

- Ты расскажешь?

- Подробнее - как-нибудь потом. У нас время все-таки ограничено.

Говорящий не знал, что оно действительно ограничено. Точнее - знал не все причины, по которым оно было ограничено. Но она эту фразу заметила.

- До динамических законов он почти не догадался, но, насколько я разобрался, в этом направлении продвижение с тех пор небольшое.

- То есть никакое?

- Ну, не совсем так... Он считал, что динамические законы базируются на психологических законах экономического поведения. Но сам он ни психологом, ни экономистом не был, и, возможно поэтому, не пошел дальше. А жаль.

- А где он жил?

- Далеко. По ту сторону Большой Соленой Воды.

Она хихикает. Его любовь к древней мифологии ей известна и мила. Она быстрым шепотом произносит "Чесапикский залив", чтобы доставить ему удовольствие. Угадывать шутки друг друга - их обычная ласка.

- Но какие мы будем? То есть, как они считали, какие мы будем? То есть чего они ждут?

- Вот это - главный вопрос. Надежно я этого не знаю. Например, чего ждали те немногие авторы того времени, которые писали об этом серьезно, и, в частности, чего ждал этот... который три закона. То есть он написал, но очень кратко, что люди будут проводить культурно время, развлекаться, путешествовать, воспринимать контент, созданный креативящими - визуальный, акустический, обонятельный, вкусовой, осязательный, инерционный. Кстати, вот что он игнорировал - роль наркотиков. Она в некоторых странах сейчас совсем не нулевая, хотя у нас, например, она мала. Но, насколько я понимаю, за этим власти как раз тщательно следят и это как-то регулируют.

Пауза.

- Ну так вот, а тот автор считал, что люди будут играть, причем попутно игра с интерактивом будет позволять проявлять человеку его креативность, которую в силу других его качеств (низкой работоспособности, отсутствия знаний, низкого интеллекта) общество профессионалов не может использовать. То есть игра будет стабилизировать общество. Ну вот, примерно это мы и видим. Но это писал не он один, это писали и другие, и я не знаю, читали ли они его, а он - их. Скорее всего, в основном, нет. Языковый барьер.

- То есть?