— Хочешь остановиться возле Джорджа и посмотреть, хочет ли он с нами гулять? — спросил Джим, усмехаясь.
— Мечтай.
— Маленький говнюк.
— Вот-вот.
Мне уже было не только не жаль этого болвана — меня возмущало, что он с нами сделал. Чёрт, мы не могли поиграть у меня во дворе, не могли проехать на великах у него перед домом. В своём собственном квартале мы вели себя как беглые каторжники. И ещё чувствовали себя виноватыми. По крайней мере, я. И мне это не нравилось. Ну и чёрт с ним.
Мы выехали на улицу, и Джим свернул направо.
— Поехали так. — сказал я, и свернул налево.
— Шутишь?
— Да пошёл он на хрен.
Перед домом Джорджа мы набрали приличную скорость. Ни один из нас на него не смотрел. Я не слышал, как хлопнула дверь, поэтому решил, что мы проехали слишком быстро для этого маленького урода. И я обернулся.
Джордж, скрючившись над рулём своего десятискоростного велосипеда, катил по дорожке на улицу. Он давил на педали, словно чокнутый, пытаясь догнать нас.
— О нет, — пробормотал я.
Джим взглянул назад.
— Чёрт побери. Тебя и твои прекрасные идеи.
— Эй, подождите! — заверещал Джордж.
— Что, попробуем оторваться? — спросил Джим.
— Боже! Ну его чёрту! — я сбавил скорость.
Джим сделал то же самое.
Джордж въехал между нами и подстроился под наш темп.
— Как дела? — спросил он.
— Ничего особенного, — ответил я.
— А куда вы вчера поехали?
— Никуда, — сказал я.
Меня пронзило какое-то мерзкое чувство. Стыд, хотелось мне того, или нет.
— Меня понос схватил, — пояснил Джим, — поэтому нам пришлось ехать домой. Извини, что не подождали тебя. Но так и на улице можно было обделаться, понимаешь?
— Ужас.
— Говно не ждёт, — добавил Джим.
Джордж засмеялся.
— Сейчас всё хорошо?
— Нормально, — пробормотал Джим и посмотрел на меня.