— Зачем?
— Увидишь.
— Мне не нужно видеть. Я знаю кто ты.
— Тогда почему ты боишься поднять маску?
— Ты уже снимала её.
— То было на свету. Я — женщина ночи.
Он попробовал рассмеяться.
— У тебя здорово получается. Но я думаю, нам следует идти.
— Я показала тебе Морин. Я не позволила тебе увидеть Лигею. Истинное лицо Лигеи избегает света. Но ты можешь взглянуть на него сейчас, если наберёшься смелости.
— Я не боюсь.
— Тогда подними маску.
Он посмотрел на ткань, скрывающую её лицо, пытаясь разглядеть её глаза и рот за чёрными прорезями.
— Я знаю, что это ты, — пробормотал он.
Он подумал: Что, если нет?
Нелепость. Безумие.
Но он не смог заставить себя поднять маску.
— Кто я? — спросила она, дыхание шевелило маску.
— Лигейя.
— Да-а-а-а, — oна прижала его к себе.
Они обнимались, целовались, задыхались, извивались, лаская и исследуя друг друга. Она вздрогнула, когда он коснулся ссадины на её плече. Он прошептал «прости» в её влажные уста. Затем он оказался на спине на асфальте. Морин уселась на него верхом, обнажённая до талии. Когда он сжал её грудь, она опустилась вниз, нанизываясь на него.
После, она легла на него сверху и поцеловала через отверстие в маске.
Он вздохнул. Он знал Морин три года. Три года потеряно, — подумал он. — Как много упущено.
— Я должна теперь тебя оставить, — прошептала она.
— Нет, я провожу тебя до дома. Или мы можем пойти ко мне в квартиру.
— Не сегодня, мой дорогой, — oна поднялась, и Аллан вздохнул от чувства потери, когда она соскользнула с него. Встав, она подняла верх своего платья и натянула бретельки. — Прощай, — oна отвернулась.
— Эй! Не уходи!
Она убежала из переулка.
Утром в понедельник. Аллан постучался в дверь класса Морин за десять минут до начала первой пары.
— Войдите.
Он зашёл. Она отодвинула стул и встала, улыбаясь. На ней был жёлтый сарафан. Она была ослепительна. Её вид заставил сердце Аллана припустить галопом. Как он мог знать её так долго, и не понимать, насколько она прекрасна?