– Ага! – я посмотрела на них и зачем-то сказала: – Поздравляю!
Я протянула Тае гроздь толкущихся шариков и заметила, как она, принимая их, попыталась натянуть на лицо серьёзное выражение. Однако уголки её рта подрагивали, стремясь расползтись в искреннюю улыбку.
– С чем поздравляешь?
– Не знаю, – я теребила пальцы. – Но знаю, что в этот праздник принято извиняться за фотографии чужих котов и мириться с подругами, – добавила я и вышла из-за дивана.
– Ну, раз принято, давай помиримся, – согласилась Тая.
Она обняла меня одной рукой, во второй по-прежнему держа шарики. На ухо Тая прошептала:
– Извини! Я погорячилась!
Вокруг запрыгали и закричали девочки, радуясь нашему воссоединению. В конце концов, наше примирение не обошлось без их помощи. Мы превратились в кучу-малу, потому что все хотели обниматься.
А потом мы бесились, делали селфи и пили чай с пирожными.
Глава седьмая
Проверка
Тем временем у меня созрел план по разоблачению «Мишки_на_Севере». Перед уроками я зашла в супермаркет и потратила все оставшиеся после девичника карманные деньги. Я дождалась пятого урока, чтобы никто из одноклассников точно не опоздал, но и не слинял с последнего.
Мне предстояло дело похлеще, чем сушечный челлендж!
– Ребят, – позвала я одноклассников, привстав из-за парты.
Мой тихий голос потонул в общем гуле. Конечно! Чего я ожидала? Огней софитов и аплодисментов? Я скомкала пакет и собралась сесть. Но кто-то как будто схватил меня за кофту невидимой рукой: «Стой!». Я послушалась.
«Уля, ты либо действуешь, либо снова сбегаешь. Помнишь? I must do it».
«Да знаю я, знаю. Всё сделаю. За-втра», – пыталась выторговать я ещё один день.
– Раз-да-вай, – строго, почти в приказном тоне, сказал мне внутренний голос.
– Ребята, – повторила я громче.
Ноль внимания.
Тогда я рискнула. Прошла между рядами и встала перед доской. Все, как это бывает в фильмах, обернулись. Я чувствовала, как лицо и уши моментально покраснели.
– Внимание! – я подняла над головой пакет. – Я хочу вас угостить.
Краем глаза я заметила: Тая с изумлением взглянула на меня. Её и так большие глаза расширились. Она ничего не понимала, потому как в мой грандиозный план не была посвящена.
– Быстрова, а с чего это ты решила устроить аттракцион невиданной щедрости? У тебя вроде в сентябре день рождения, – прокомментировал Макаров.
Не обратив внимания на его комментарий, я подходила с открытым пакетом к каждому и, как Шерлок Холмс, пыталась по малейший признакам заметить, кто откликнется на мой тайный знак. Раскроется наконец. Ну, покраснеет, начнёт заикаться или брать конфеты дрожащей от волнения рукой.
Я смотрела на мальчишек, но ничего и близкого не увидела. Руки ныряли в пакет одна за другой. Все радостно жевали и мычали от удовольствия. Кто-то пытался взять ещё одну порцию, но я аккуратно прикрывала в этот момент пакет.
– У! Мишка на Севере! Люблю шоколадные!
– Кто же их не любит?
– Ну ты, Улька, жжёшь!
– А завтра принесёшь ещё чего-нибудь? Нам понравилось, – переговаривались одноклассники.
– Спасибо тебе, Улиточка, не оставила голодным, – паясничал Макаров, но было видно, что он неловко пытается скрыть удовольствие.