Я шлепаю его снова и снова. Лязг! Лязг! Лязг! Я слышу этот звук через свой собственный скафандр ЕВЫ. Если он там жив, это привлечет его внимание.
Я прижимаю один конец гаечного ключа к корпусу и наклоняюсь, чтобы мой шлем соприкоснулся с другим концом. Я вытягиваю шею в шлеме и прижимаюсь подбородком к лицевому щитку.
— Рокки! — Я кричу так громко, как только могу. — Я не знаю, слышишь ли ты меня! Но я здесь, приятель! Я на твоем корпусе!
Я жду несколько секунд. — У меня включено радио в скафандре ЕВЫ! Та же частота, что и всегда! Скажи что-нибудь! Дай мне знать, что с тобой все в порядке!
Я увеличиваю громкость радио. Все, что я слышу, — это помехи.
— Рокки!
Треск. Мои уши навострились.
— Рокки?!
— Грейс, вопрос?
— Да! — Я никогда не был так счастлив услышать несколько музыкальных нот! — Да, приятель! Это я!
— Ты здесь, вопрос?! — его голос такой высокий, что я едва могу его понять. Но теперь я довольно хорошо понимаю эридианский.
— Да! Я здесь!
— Ты… — пискнул он. — Ты… — снова пищит он. — Ты здесь!
— Да! Установите туннель шлюза!
— Внимание! Таумеба–82,5.
— Я знаю! Я знаю. Он может пройти через ксенонит. Вот почему я здесь. Я знал, что у тебя будут неприятности.
— Ты спасаешь меня!
— Да. Я вовремя поймал таумебу. У меня еще есть топливо. Подготовьте туннель. Я отвезу тебя в Эрид.
— Ты спасаешь меня и спасаешь Эрида! — пискнул он.
— Постройте этот чертов туннель!
— Возвращайся в свой корабль! Если только вы не хотите посмотреть на туннель снаружи!
— Ах, точно!
Я нетерпеливо жду у двери шлюза, пытаясь наблюдать за происходящим через маленькое окошко. Все это уже случалось раньше — Рокки соединял туннель шлюз-шлюз с роботом корпуса. Но на этот раз все было немного сложнее. Мне пришлось маневрировать «Аве Мария» в нужном положении, потому что «Блип-А» вообще не может двигаться. Тем не менее, мы сделали это.
Последний лязг, затем шипение. Я знаю этот звук!
Я влетаю в шлюз и заглядываю в наружное окно. Туннель на месте. Он хранил его все это время. Почему нет? Это артефакт от первого контакта его вида с инопланетной жизнью. Я бы тоже его сохранил!
Я поворачиваю аварийный предохранительный клапан. Воздух с моего корабля заполняет мою половину туннеля. Как только он выравнивается, я распахиваю дверь и влетаю внутрь.
Рокки ждет меня с другой стороны. Его одежда в полном беспорядке. Покрытый слишком знакомыми липкими остатками таумебы. И на одной стороне его комбинезона есть ожоги, и две его руки в довольно плохом состоянии. Похоже, ему пришлось нелегко. Но язык его тела — это чистая радость.
Он прыгает с поручня на поручень.
— Я очень, очень, очень счастлив, — говорит он высоким голосом.
Я указываю на его больные руки. — Ты ранен?!