— Зои? Серьезно? — ворчит он, останавливаясь прямо перед нами. — Иззи знает об этом вашем маленьком союзе?
— Нет. — Качает головой Зои.
Я перевожу взгляд с одного на другую. У меня так и вертится на кончике языка послать Дома нахуй, но он ее друг. Черт, он и мой друг тоже. Хотя все может быстро измениться, если он продолжит пялиться на Зои, словно она сделала что-то не так. Я рано понял, что друзей не существует, если ты вращаешься в тех кругах, в которых вращаюсь я. Все только и ждут возможности воткнуть тебе нож в спину.
— Ты же знаешь, что для него это добром не кончится. — Дом наклоняет голову в мою сторону. Зои бросает на меня виноватый взгляд.
— О чем бы ты ни думала, прекрати, — говорю я ей, после чего переключаю свое внимание на Дома. — Я более чем способен постоять за себя.
— Я в курсе, но ты не знаешь, кто ее семья. А я знаю. И, знаешь, для меня это немного странно, но я пока не хочу видеть твою задницу в земле, — признается Дом.
— О, приятель, я знал, что твое холодное, мертвое сердце может еще что-то чувствовать. — Улыбаюсь я. — Не волнуйся. Со мной все будет в порядке, — говорю я ему. — Я бы с удовольствием остался, поболтал и все такое, но у меня есть дела поважнее. — Я не отпускаю руку Зои, разворачиваюсь и ухожу.
— Потом не говори, что я тебя не предупреждал, ублюдок, — кричит мне вслед Дом.
Подняв свободную руку, я, не сбавляя шага, показываю средний палец.
Понятия не имею, что сейчас творится в голове у Зои. Меня это не должно волновать. Мне действительно нужно взять себя в руки. Я не должен привязываться к женщине. Я уже чувствую, что не хочу отпускать Зои, и это огромная, мать ее, проблема.
Зои не проронила ни слова за всю дорогу до офиса. Она также не спрашивает, откуда я узнал, где она работает, когда я останавливаюсь у входа. Вместо этого она поворачивается ко мне с печалью в глазах, которую мне хочется стереть.
— Прости. Мне не следовало этого затевать. С тобой. Я никогда не думала, что ты пострадаешь из-за меня. И я не хочу, чтобы с тобой случилось еще что-то из-за меня.
Я наклоняюсь вперед и прижимаюсь к ее губам, держа ее за затылок, чтобы она была ближе ко мне.
— Я пострадал не из-за тебя. И ничего не случится. Поверь.
— Ты этого не знаешь. Моя семья, они… защищают меня. Михаил этого не одобрит.
— Знаешь, это я должен предостерегать тебя держаться от меня подальше из-за того, кем является моя семья. Из-за нашего проклятия. И я не могу найти в себе силы покончить с этим или попытаться отпугнуть тебя.
— Что ты имеешь в виду под проклятием? — Зои вздергивает брови, глядя на меня.
— Моя семья проклята. Для нас любовь никогда не заканчивается хорошо, то же самое касается и женщин, которые в итоге влюбляются в Де Беллисов.
— Подожди… Ты действительно в это веришь? Что ты проклят? — Губы Зои растягиваются в улыбке.
— Невозможно отрицать жестокую правду, детка. — Пожимаю я плечами.
— Ладно, я не верю в проклятия. Но это не имеет отношения к нашему разговору.
— Тогда в чем смысл этого разговора?
— В том, что мы не должны этого делать. Что бы это ни было, — говорит она.
— Не должны. Но все равно это сделаем. — Я наклоняюсь и снова прижимаюсь к ее губам. Мой язык скользит по ее слегка приоткрытым губам. Затем она чуть шире открывается мне, предоставляя мне доступ к той ее части, которую я отчаянно хочу попробовать.
Зои стонет, когда ее язык кружит вокруг моего. Затем она прерывает поцелуй и открывает глаза.
— Думаю, мы все равно это сделаем. — Улыбается она. — Но мне действительно нужно вернуться на работу.
— Я позвоню тебе позже, — говорю я ей, когда она выходит из машины. Затем я жду, пока она войдет в здание своего офиса, и только после этого уезжаю. — Какого хрена ты делаешь? Включи уже голову, — спрашиваю я вслух, обращаясь только к себе.
Глава 10
Не знаю, почему я так нервничаю. Я уже говорила с Иззи и Михаилом о парне. Они оба встречались с моим последним парнем. Ну, с моим первым и единственным парнем. А Марсель — не мой парень. Я не знаю, кто он, но точно знаю, что пока не хочу с ним расставаться.