Они припарковались на стоянке и поспешили к зданию. Ноа двинулся им навстречу, чтобы они могли поговорить, не опасаясь присутствия гражданских лиц.
Джулиан нахмурился на Рэя, который все еще выкрикивал угрозы в адрес каждого, кто попадался ему на глаза.
— Ты еще не утихомирил его?
— Мы должны придумать, где их разместить, — сказал Ноа.
— Запереть его и выбросить ключ, — пробормотал Джулиан.
— Что он натворил на этот раз? — спросил Хейс.
Ноа быстро объяснил. Он понимал, что Рэй Шульц и ему подобные могут доставить неприятности. Он просто не ожидал, что все произойдет именно так.
Шульц был местным наркоманом и дилером, который жил в трейлерном парке «Фолл Крик Эстейтс» сразу за мостом. Он уже привлекался за торговлю наркотиками, нападение и побои, а также взлом и проникновение. Он отсидел несколько лет в исправительном учреждении «Лейкленд» в Колдуотере, но сразу после выхода вернулся к прежнему образу жизни.
Он и его двоюродные братья — четыре никчемных брата Картера, а также куча троюродных братьев и единомышленников-неудачников — проживали в близлежащих общинах Бриджман, Найлс, Барода, Сент-Джо и Бентон-Харбор.
Как только правоохранительные органы сажали одного, тут же появлялся другой, чтобы занять место его родственника. Они омрачали жизнь всей округи.
— Мы должны отвезти их в суд для предъявления обвинения, — сказал Хейс.
— Какое обвинение? — усмехнулся Рейносо. — Ни судьи, ни тем более адвокаты не появляются в суде.
В Фолл-Крик не было камер предварительного заключения. Их городок слишком мал для постоянного участка. Обычно подозреваемых отвозили в более крупный соседний городок.
— А как насчет окружных тюрем Ван Бюрена и Касса?
— Я вчера заправил «Ямаху» и проехал по всей области, — сказал Рейносо. — Посетил каждый округ в радиусе семидесяти миль. Там никому нет места. Они не могут справиться даже со своим округом, не говоря уже о наших проблемах. Тюрьма округа Берриен не может никого оформить в электронном виде, это очевидно, но все камеры имеют ручное управление. Они все еще принимают заключенных, но только самых тяжелых преступников. С момента ЧП прошло меньше недели, а они уже переполнены насильниками и убийцами. Все эти ненормальные вылезают на свет. Аферисты, которые думали, что смогут избежать наказания в разгар национальной катастрофы.
— Так ты говоришь, что даже Берриен не возьмет наших задержанных? — спросил Ноа.
— Ни единого шанса, — в ярости прошипел Джулиан. — Они все нас бросили.
— В подвале мэрии есть старая тюремная камера, — вспомнил Ноа. — В музейной секции старого здания суда. Класс Майло недавно ходил туда на экскурсию. Она все еще работает. Мы могли бы использовать ее как камеру, пока не решим, что делать.
— О, черт, нет, — отозвался Джулиан.
— Мы должны мыслить нестандартно, — заявил Ноа.
— Это хорошая идея, — одобрил Хейс. — Что еще нам остается?
Джулиан помрачнел.
— По мне, так преступников надо выстроить вдоль стены и расстрелять в стиле гестапо. Какого черта мы смотрим, как дети голодают, когда они все еще получают три полноценных приема пищи в день благодаря правительству? Федеральное агентство по чрезвычайным ситуациям там. Рейносо сказал тебе? Эти скоты получают еду, а мы нет.
Наступила напряженная тишина.
Ноа тяжело вздохнул. Джулиан накручивал себя. Он не был неправ. Это несправедливо. Ноа чувствовал, как нарастает его собственное разочарование, но нытье по этому поводу не решало никаких проблем.
Когда Джулиан заговорил снова, его голос звучал неестественно ласково.
— Ну, если таков план, тогда мы должны заодно прихватить и братьев Картер.
Ноа поднял брови.
— Что?
— Мы все знаем, что они представляют собой серьезную проблему. Почему не закрыть их сейчас? Устраним плохих парней, пока они не посеяли хаос.