— Тебе нужно в медпункт, — говорит Абрамов, осматривая руку Юльки.
— Да пустяки… — смеется она, — спасибо, что защитили Яну. Ей сейчас непросто.
— Да? — препод выгибает бровь.
— Влад, я тогда на лекцию, раз всё решилось, — говорит второй преподаватель, — Яна, всё в порядке?
— Да, спасибо большое!
Подмога уходит. А мне вдруг становится очень неловко. Рядом с Абрамовым я совершенно потеряна.
— Ну, давай, я отведу тебя к врачу, — беру Юлю под руку, желая смыться поскорее.
— Я и сама могу дойти, — заявляет она.
— Ян, можем поговорить? — спрашивает Абрамов и моё сердечко тут же падает в пятки.
— Да… то есть нет, у меня сейчас семинар! — выпаливаю.
— Тогда зайди ко мне после него. Я буду у себя, — мужчина улыбается и уходит.
— Ууу, — тянет Юлька, совершенно позабыв о том, что только что морщилась от боли, — да тут у нас расцветает любовь. Теперь я понимаю, почему ты, дорогая, так расстроилась, когда я сказала про Борункову.
— А вот и нет! — твёрдо говорю, — он помог мне, не более. В нашем университете запрещены отношения между студентами и преподавателями. А мне нужно учиться и маме помогать.
Вот вру и даже не стесняюсь!
— К тому же, у тебя есть золотой твой аноним, — улыбается подруга, — такой галантный, богатый… наверняка с большим…
— ЮЛЯ! — краснею до кончиков ушей.
— Сердцем. А ты о чём подумала? — хохочет Юлька.
Мы направляемся к врачу. Юльке промывают раны и заклеивают пластырем. Всего-лишь царапина.
— А чего хотел твой папаша? — спрашивает она по дороге в кабинет.
— Денег, — вздыхаю.
— Охренел, что ли? — офигевает подруга.
— Да. Он, как выяснилось, нашел мой блог. А я же не скрываюсь за псевдонимом или что-то такое… и вот, тысяча подписчиков, и он решил, что я богатая.
— Мразь, — рычит подруга, — мало ему Абрамов втащил. Надо было голову об асфальт…
— Юль, не надо, пожалуйста, — прошу ее, — мне теперь домой страшно возвращаться.
— Переезжай ко мне временно. У меня родители в отпуск свинтили на три недели, я одна.
— Можно? — улыбаюсь.
— Конечно, — она меня обнимает, — круто проведем время!
С огромным трудом мне удаётся сконцентрироваться на семинаре. Ведь в голову постоянно лезет мой Абрамов-аноним. А теперь ещё и отец объявился. Боюсь представить, на что он способен.
После занятия направляюсь в кабинет к Владиславу Львовичу. Я вроде как и злюсь за него из-за Борунковой. Но от мысли, что мы будем одни в его кабинете, всё тело прошибает приятный мандраж.
Поднимаюсь этажом выше. Хорошо, что эта было последнее занятие на сегодня. Пятница — короткий день по указанию ректора.