Сто имён одной воровки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я обработать твои… раны, дитя. — на ломаном тарсийском проговорил он и снова елейно улыбнулся, положил шляпу на письменный стол и потянулся к какому-то шкафчику.

Мия цепким взглядом окинула комнату, как видно, служившую серенгарцу кабинетом. На массивном письменном столе, ножки которого были вырезаны в виде когтистых лап какого-то хищника, лежала пачка документов и аккуратно расположились письменные принадлежности, поодаль стоял широкий диван, на который ваан Ваарен бросил взгляд столь недвусмысленный, что у Мии внутри все поджалось, а по спине пробежал холодный пот, а рядом со столом — кресло, с подлокотника которого свисал домашний халат. Серенгарец подошел к ней ближе, сжимая в руках пузырек с каким-то снадобьем и носовой платок.

Вообще-то драться Мию никогда не учили. Смысла тратить на это время никто из наставников не видел — кого может одолеть такая тощая и мелкая девка? Ну, разве что калеку. Нет, единственной наукой, вдалбливаемой в её голову с младых ногтей, было одно — не попадайся. Если тебя заметят, если схватят — считай, ты уже труп. Но кое-что она всё-таки умела. Например, пыл слишком назойливого ухажёра можно было охладить резким ударом коленом в пах, да и железным каблуком, ежели был такой в наличии, двинуть по ступне поближе к пальцам не повредило бы. А однажды тетушка Малка, учившая их когда-то лазать по отвесным стенам, показала свой коронный приём — как одним ударом вырубить даже рослого мужика, ненадолго, но… иногда и одна минута может всё решить. Всего-то и нужно, что со всей силы двинуть локтем ровнёхонько между ухом и челюстью. Правда, раньше Мия этого не пробовала. Что ж, всё в жизни бывает в первый раз.

Быть может, она неправильно ударила, или просто не хватило силы. Серенгарец не упал без чувств, только вздрогнул, глаза его расширились и едва не вылезли на лоб, склянка выпала из рук и покатилась по паркету, заливая его своим пахучим содержимым, он как-то судорожно заскрёб пальцами воздух, и в этот момент Мия не придумала ничего лучше, чем врезать ему по голове стоявшем на столе тяжёлым пресс-папье из тёмного камня с бронзовой ручкой. Глаза ваан Ваарена наконец закатились, и он ничком рухнул на пол.

Дальше всё оказалось даже проще, чем можно было подумать. Пока ваан Ваарен валялся без чувств, Мия связала его руки поясом от халата и привязала их к подлокотнику дивана, а ноги — его собственными стянутыми панталонами и штанами. Одну штанину она привязала к массивной ножке письменного стола так, чтобы ступни серенгарца были на весу и он не смог колотить пятками по полу. А то вдруг слуги набегут. Ещё пара штрихов — засунутый в рот рукав халата и стоявший на письменном столе графин. Правда, в последний момент, прежде чем плеснуть в лицо ваан Ваарену водой, Мия глянула на его вялый член, похожий на сморщенного червяка и недобро ухмыльнулась, а потом взяла со стола тонкий нож для вскрытия писем.

От льющейся на голову воды серенгарец весьма быстро пришёл в сознание. Сначала он замычал и задёргался, но быстро замер, встретившись глазами с взглядом Мии. Лицо его сначала побелело, а потом пошло красными пятнами. Сложно сказать, что произвело на него большее впечатление — то, что он связан по рукам и ногам, то, что недавняя несчастная избитая девочка сидит на нём и вжимает колено в его живот или то, что её пальцы с силой оттягивают его мошонку, а в другой руке поблёскивает лезвие.

— Не дёргайся, Даарен, — тихо сказала Мия.

Чтобы скрыть лёгкий акцент, она говорила медленно, немного сильнее, чем это и так присуще серенгарскому языку, растягивая гласные звуки. Правда, вряд ли ваан Ваарен обратил на это внимание — чуть покалывающее нежную кожу яичек острие кинжала должно было его отвлечь.

— Своими поступками ты пачкаешь имя и репутацию Серенгара, за что будешь наказан. Но сначала ответь, где письма?

Серенгарец замычал, засучил связанными руками, кадык его судорожно заходил под кожей шеи. Нет, так дело не пойдет. Мия прищурилась и чуть повела кинжалом, демонстрируя ваан Ваарену то, что настроена она весьма решительно. Кажется, до него наконец дошла суть предложенного ему выбора. Очень простого и очевидного для любого мужчины выбора.

— Письма, Даарен. Письма юной Аврелии, и побыстрее.

Ваан Ваарен указал глазами куда-то на столешницу письменного стола. Проследив за его взглядом, Мия остановилась на его чёрном головном уборе. Ну конечно же. Хорошее место для хранения столь ценных вещей, даже лучше, чем панталоны.

Пока она резала ткань шляпы, серенгарец забился в своих путах, пытаясь освободиться, ну или произвести побольше шума, чтобы слуги прибежали на подмогу. Чтобы утихомирить его, Мия с силой двинула носком туфли ему под рёбра, отчего ваан Ваарен заскулил и замер. Распотрошив шляпу, Мия вытащила из неё небольшую стопку писем и медальон на тонкой цепочке, в который была вложена изящная миниатюра юной красавицы Аврелии. Свою добычу она завернула в носовой платок, выпавший не так давно из рук серенгарца, а потом засунула под корсаж. Ваан Ваарен лежал молча, только дрожал, словно пойманный в капкан заяц. Вполне можно было его так и оставить — со временем он либо сам сможет ослабить узлы и освободиться, либо его в столь унизительном положении найдут слуги и развяжут. Но Мие не хотелось вот так просто уходить. Ещё раз склонившись над ваан Ваареном, она провела пальцами по его животу, удовлетворённо отмечая, как он съеживается от этих прикосновений.

— Еще кое-что, Даарен, — прошептала она, склонившись к его уху, — больше никаких маленьких девочек, иначе мы снова встретимся, и тогда тебе не поздоровится. Учти, от нас тебе не спрятаться ни в Тарсии, ни в Маб-Але, ни даже на краю света.

Закончив свою речь, Мия схватила его за поджавшиеся яички, оттянула их и чиркнула ножом. Серенгарец испустил тонкий скулящий вой и снова потерял сознание, Мия бросила нож на пол и кинулась к выходу из кабинета. Уже открыв дверь, она заметила кое-что интересное на крышке секретера из тёмного дерева. Вещица отдалённо напоминала аркебузу, но была намного меньше и изящней. По металлу ствола шла гравировка, а деревянная рукоять ложилась в ладонь как влитая. Как видно, Серенгар далеко продвинулся в изготовлении чарострелов. Недолго думая, Мия схватила его и завернула в шаль.

На счастье, все слуги ваан Ваарена куда-то попрятались, и ей даже не пришлось вылезать через окно. Покинув особняк, она дошла до той же арки, где совсем недавно дожидалась серенгарца, привалилась к стене и наконец позволила себе выдохнуть. Едва сдерживаемые чувства наконец захлестнули её, и Мия поняла, что еле-еле удерживается на ногах. Сердце колотилось как бешеное, дыхание срывалось, коленки дрожали и подкашивались. Она только надеялась, что никто из прохожих не увидит её в таком состоянии. За серенгарца она не беспокоилась — придёт в себя он не скоро, а ещё потребуется время, чтобы он освободился от пут и убедился в том, что его мужское достоинство не особо пострадало. Всего-то небольшая царапина на мошонке, заживёт за несколько дней, но зато послужит хорошим уроком. Кто знает, может этот ваан Ваарен всерьез решит, что за ним следит какая-то загадочная серенгарская организация. Секретная служба? Разведка? Кто-то ещё? Да пусть что хочет, то и думает, лишь бы детей не трогал. Придя наконец в себя, успокоив дыхание и поплотнее затянув корсаж, Мия вышла уже из арки, когда её словно обдало ледяной водой.

— Корсово дерьмо, — стиснув зубы, прошипела она. — а как я теперь отсюда выберусь?

Как выбраться из Верхнего города? На улице давно стемнело, и вряд ли стражники позволят некой юной благородной девице ночью пройти через ворота. Её наверняка остановят, начнут допытываться, откуда она и что делает на улицах так поздно. Конечно, стражники отнесутся к ней со всем возможным уважением, но ровно до того момента, пока не поймут, что никакая она не благородная, а что будет дальше и вообразить страшно. А о том, чтобы лезть через стену в платье и думать было смешно, да и без кинжала ей туда не забраться. Мысли метались в голове табуном до смерти перепуганных лошадей, сердце снова забилось оглушающе громко и спина взмокла от страха. Если только ей где-то спрятаться и дождаться утра, но вот только где? Внезапно пришедший в голову ответ только на первый взгляд показался глупым, но при ближайшем рассмотрении оказался весьма привлекательным. В конце концов, почему бы и нет? С чего бы ей не трахнуть этого холёного, нежного мальчика, который всю жизнь ел с серебра и спал на гладких простынях? Заодно и вопрос с ночёвкой будет решён. И да, у неё не возникло ни единого сомнения в том, кто же кого будет трахать.

Вернуться в особняк Ормунда оказалось просто. Никто не заметил приоткрытой ставни в подсобке и не закрыл её, так что Мия легко забралась в окно, пробралась на второй этаж и принялась искать покои юноши. С этим возникли некоторые сложности, так как комнат в особняке оказалось превеликое множество, но ей помогла пожилая служанка. Мия не видела смысла скрываться — скорее всего, уже все слуги знали, что юный господин притащил в дом шлюху, да к тому же обрядил её в платье кузины. Служанка поджимала губы и едва ли не плевалась от омерзения, но проводила Мию к комнатам, которые занимал Ормунд.

— Я уже думал, что ты… ты… — он подскочил с кровати и бросился навстречу зашедшей в комнату Мие.

Как видно, он и вправду всё это время лежал и ждал, когда она придёт. Какой забавный.

— Сбежала? Ну что ты, как можно сбежать от такого хорошенького мальчика, как ты, — подойдя к Ормунду вплотную, она легко провела пальцами по его щеке, очертила линию челюсти, а потом приподнялась на мысках и впилась в губы мальчишки крепким поцелуем.

Вряд ли этот Ормунд когда-либо до неё целовался. Он явно не знал, что делать, как отвечать на поцелуй, да даже куда девать руки, и так и замер с поднятыми ладонями. Мия толкнула его к кровати и повалила на неё, и, пока Ормунд копошился на перине, незаметно сунула под кровать сверток с письмами и завернутый в шаль чарострел, после чего тоже забралась в постель, оседлала бёдра юноши и принялась его раздевать. Сама она платье не сняла, только задрала юбки и чуть больше расшнуровала корсаж — тем более, под платьем не было всего того кружевного богатства, в которое её хотел обрядить Ормунд. Ну так сейчас ему будет не до кружавчиков.

Стащив с него рубашку, она легкими движениями пальцев прошлась по телу, от шеи вниз к животу, удивляясь тому, какая у него нежная, бархатистая кожа, очень светлая, с россыпью мелких родинок на груди. Потом расстегнула кюлоты и стянула их вместе с нижними панталонами. Ормунд охнул, застонал и сильно сжал простынь в кулаки, когда пальцы Мии коснулись его уже возбуждённого члена. Нет, так дело не пойдёт. Она потянулась вперед, снова поцеловала юношу, прошлась губами по щеке к уху, чуть прикусила за мочку и, продолжая ласкать его рукой, быстро зашептала:

— Значит так. Кончишь раньше меня — откушу ухо, кончишь в меня — оба, понял? — на последнем слове она чуть сильнее сжала его плоть, чтобы слова не показалось мальчишке пустой угрозой. Тот вздрогнул всем телом и быстро закивал головой. — Вот и молодец. А теперь расслабься и думай… нет, только не о кузине, лучше уж о своей тётушке.

Мия немного потёрлась промежностью об бедро Ормунда, усиливая своё возбуждение и вызывая у него новую серию вздохов, поцеловала в шею и дразнящими касаниями языка спустилась к ключицам, а потом, помогая себе рукой, оседлала его член и начала неторопливо на нем двигаться, упираясь ладонями в напряженный живот.

Мальчишка под ней стонал, потел, кусал губы и мял руками простыни, но держался. В какой-то момент он даже осмелился схватить Мию за бёдра и немного сжать их, но больше ни до чего не додумался, так что ей пришлось самой запустить руку под платье, чтобы быстрее довести себя до разрядки. Когда наконец её лоно непроизвольно сжалось, а по телу разлилась волна чувственного тепла, Мия соскользнула с члена Ормунда и продолжила ласкать его резкими и быстрыми движениями, пока юноша не взвизгнул, и его семя не выплеснулось на смятые юбки.

В этот момент показалось, что весь этот долгий день навалился на плечи тяжёлым свинцовым одеялом, утягивая вниз и прижимая к кровати. Из последних сил Мия стянула через голову измятое и перепачканное платье, оставшись в одной нижней сорочке, бросила его на пол и растянулась рядом с Ормундом, который словно до сих пор никак не мог осознать, что именно только что произошло. Что ж, мальчишка оказался не так уж и плох, по крайней мере, он смог продержаться достаточно долго, а то, что не знал, куда деть руки, — ну так это наживное, со временем научится.

— Завтра утром, может, повторим, — Мия провела пальцем по его губам и коротко поцеловала в плечо, чувствуя, как под её прикосновениями по коже юноши бегут мурашки. — Да, кстати. Хоть пальцем тронешь кузину — вернусь и оторву тебе член, имей это в виду.

Ормунд резко повернул голову и глянул на неё полными ужаса и удивления глазами, но не ответил, только слегка кивнул и спросил: