— Возможно, я брал кое — какие уроки.
— От кого?
— Джона. Конечно, это было опасно. В какой — то момент, я думаю, он хотел нокаутировать меня сковородкой, но да, у нас получилось.
— Как давно?
— С моего возвращения в Сиэтл, — он снова встает с кровати. — На всякий случай, если бы я когда — нибудь убедил тебя быть со мной. Я позабочусь о тебе всеми способами, — он открывает дверь, и свет из коридора заливает комнату. — Итак, что это будет?
Моё бешено бьющееся сердце, должно быть, отвлекает мой разум от выбора.
— Удиви меня.
Он подмигивает мне самым сексуальным образом, который я когда — либо видела.
— А ты думала, что я веду себя по — детски.
— Французские тосты и фрукты, мэм, — когда я сажусь в постели, Зак ставит мне на колени поднос с самыми красивыми французскими тостами и ягодным миксом, которые я когда — либо видела. — Уже за полночь, поэтому я подумал, что ты не захочешь обычный кофе; я приготовил кофе без кофеина.
— Это как раз то, что мне нужно, — напеваю я, поднося к губам первый кусочек тоста. Я останавливаюсь и смотрю на него, на его лице расплывается гордая улыбка. — Вау, я знаю, что это всего лишь французский тост, но, чёрт возьми, что это за колдовство?
Он громко смеется и лезет в карман своих спортивных штанов, доставая маленькую плоскую коробочку в упаковке. Упаковка ярко — розовая, сверху прикреплен золотой бант, почти такой же большой, как сам подарок.
— Технически, сегодня Рождество, и я подумал, почему бы не сделать подарок сейчас?
Забирая у него поднос, я отставляю его в сторону, когда он подходит и садится рядом со мной на кровать.
— Если тебе не понравится, тогда я могу вернуть его.
— Мне это понравится, Зак. Потому что он от тебя.
Отклеив упаковочную бумагу, я срываю бант, но, когда вижу коробочку, так ничего и не понимаю. Она черная, с золотой звездочкой в правом верхнем углу. Я открываю крышку и отодвигаю черную оберточную бумагу.
— Он платиновый и эм…
— Зак, это что?
— Луна.
Это потрясающий браслет, на котором изящно свисает небольшой, но невероятно хорошо проработанный амулет в виде луны. Переворачивая его, я вижу, что там написано: “Луна”.
У меня перехватывает дыхание, когда он протягивает руку к коробке и достает браслет. Протянув руку к моему запястью, он застегивает его и с облегчением выдыхает.
— Ты не представляешь, сколько раз я менял размер у ювелира. Не думаю, что они когда — нибудь снова захотят увидеть мою задницу.
Я поднимаю на него глаза.
— Ты сделал специальный заказ?
— Я думаю, ты совершенно особенная Ракета.
Я недоверчиво качаю головой, поднимая запястье и наблюдая, как амулет сверкает на фоне выключенного телевизора.
— Спасибо. Это потрясающе.
— Да, так и есть, — шепчет он.