Победа во имя мира: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Необходимо по возможности сохранить все материальные и культурные ценности города.

Короткий зимний день приближался к концу. Хохрякову хотелось подойти к городу и завязать бой еще засветло. Вдруг перед самым Ченстоховом колонна остановилась, как сжатая гармонь. И словно поджидая этого момента, над ней нависли «юнкерсы». Открыли интенсивный огонь вражеские батареи.

— Что случилось, почему встали? — Хохряков запросил по радио командира головной походной заставы.

— Проезд опасен, — был получен ответ.

Не став расспрашивать, майор направил свою машину вперед. У самого въезда в город шоссе проходило по глубокой выемке, там головная походная застава настигла колонну немецких грузовиков с боеприпасами и с ходу расстреляла их. Машины загорелись, закрыв проезд. В любую минуту могли начать рваться снаряды. Движение остановилось. Танки попали в своеобразную ловушку. Разворачиваться обратно — значит потерять много времени. А справа и слева был крутой подъем, непреодолимый для танка.

Семен Васильевич задумался на минуту. Затем он приказал механикам-водителям отвести танки по возможности дальше от опасного места. Сев за рычаги управления танка, велел механику плотно закрыть все люки.

— Не успел я опомниться, — вспоминает ныне полковник Герой Советского Союза И. Ф. Юрченко, — как танк Хохрякова на тихом ходу пошел к горящим машинам. Вот он достиг первой из них, заполненной смертоносным грузом, и легко отодвинул ее с дороги в кювет. Затем то же самое проделал с другими машинами. Путь был свободен.

Теперь надо было проскочить, пока не стали рваться снаряды. И по приказу Хохрякова танки на полной скорости двинулись вперед.

Огромный диск негреющего солнца медленно сползал к горизонту. Последние километры автомагистрали на Ченстохов были пройдены при отблесках уходящего дня. В сумерках передовой отряд с ходу ворвался на северо-восточную окраину города. Командир бригады приказал Хохрякову наступать в направлении парка, расположенного в центре, выйти на западную окраину города, закрепиться и не допустить подхода резервов врага со стороны Люблинец.

Танки устремились вперед, но с каждым метром их продвижения нарастало сопротивление врага. 20 бомбардировщиков, базировавшихся на аэродроме в 12 километрах от Ченстохова, обрушились на стальные машины. Укрываясь от их ударов, танки втянулись в город и начали уличные бои.

Командир бригады выслал в район аэродрома десант. Аэродром захватили. И танковые батальоны вновь вышли на ранее заданные направления, избежав затяжных уличных боев.

К полуночи батальон гвардии майора С. Хохрякова и мотострелковый батальон капитана Н. Горюшкина вели сражения на подступах к железнодорожной станции, обороняемой противником с необычным упорством: там заканчивалось формирование нескольких эшелонов.

Группе разведчиков бригады под командованием старшего сержанта С. Удалова было дано задание проникнуть в тыл противника и подорвать выходные стрелки на железной дороге Ченстохов — Люблинец. Разведчики блестяще выполнили задание и захватили пленного. Он показал, что ожидается подход частей с запада и немецкое командование требует от гарнизона упорной борьбы.

Хохряковцы, усилив свои атаки, наконец вырвались на железнодорожную станцию. На путях — вагоны с грузом, цистерны с бензином, платформы с тягачами, танками, крупнокалиберными зенитными пушками. Пыхтели паровозы, готовые отправиться в путь.

— Вперед на паровозы! — приказал комбат.

Считанные минуты потребовались для того, чтобы от паровозов полетели горящие клочья. Угрожающе зашевелились зенитки на платформах. Но предпринять что-либо фашисты уже не смогли. «Тридцатьчетверки» метким огнем уничтожали расчеты противника, таранили платформы с техникой.

К утру сопротивление врага стало ослабевать. Понесенные потери, угроза окружения, рухнувшая надежда на помощь резерва надломили его силы.

Танковые батальоны выполнили свою боевую задачу. Мотострелки Н. Горюшкина и автоматчики капитана В. Ашихмина добивали в городе мелкие, разрозненные группы врага.

Успех бригады И. И. Чугункова получил высокую оценку. В своих военных мемуарах дважды Герой Советского Союза З. К. Слюсаренко приводит по этому поводу такие слова скупого на похвалу командира П. С. Рыбалко:

Успех был действительно небывалый. Только батальон С. В. Хохрякова с 12 по 18 января прошел с боями свыше двухсот километров, уничтожил 1200 вражеских солдат и офицеров, 8 «тигров» и «пантер», 25 полевых пушек, 180 авто- и бронемашин. А главное, батальон помог решить оперативную задачу армии — войти в прорыв обороны противника, ворваться в его тылы и деморализовать его.

Последним рубежом Висло-Одерской операции был Бунцлау.

Спустя несколько дней, настал час, когда началась последняя решительная битва, которая получит в дальнейшем название — Берлинская операция. Наставляя Хохрякова, комбриг Чугунков на прощание по-отечески сказал:

— Первым войдешь в Берлин — быть на твоей груди третьей Звезде.

— Мы будем в Берлине, Иван Ильич, — ответил Хохряков. — Второй батальон в отстающих ходить не привык.

Глубокой ночью по размытым дождями проселочным дорогам танки устремились к Нейсе. Тяжело увязая в грязи по самые днища, они упорно шли на запад. Мощные тягачи на подъемах вытаскивали застрявшие автомашины с боеприпасами, горючим, продовольствием.

Под прикрытием дымовой завесы, артиллерийского огня и при поддержке авиации советские подразделения начали форсировать Нейсе. Семен Васильевич, переправившись через реку, с удовлетворением прочитал на одном из своих танков торопливо написанные мелом слова: «У меня заправка до самого Берлина!»

17 апреля после упорных боев был завершен прорыв обороны противника. Передовые части вышли к берегам Шпрее. Перед 54-й танковой бригадой была поставлена задача — выйти в районы города Коттбуса. Бои были ожесточенными. Фашисты бросали в контратаки по 60—70 танков.

Поздним вечером батальон Хохрякова подошел к селу Гарн — предместью города Коттбуса. Фашисты оказали яростное сопротивление. Хохряков решил дождаться утра, чтобы атаковать противника. Батальон остановился на опушке леса: необходимо было дать короткий отдых танкистам, дозаправиться горючим, пополниться боеприпасами.

Еще не развеялся туман, как, опередив хохряковцев, фашисты ринулись в контратаку. Их силы в несколько раз превосходили численность танков второго батальона. Несмотря на это, Хохряков решил принять бой. По рации разнеслась его команда:

— Принимаю бой! Штабная и все другие колесные машины — назад!