— Ты ждешь, что и сейчас я тебя поздравлю?
— Было бы неплохо.
— Все изменилось, Макс.
— Я знаю. Но я подумал, что наши отношения пошли на поправку, — Макс повернулся ко мне.
— С чего бы это? Потому, что был секс?
— Хотя бы поэтому.
— Нет, Макс. Я не простила тебя и больше того, не знаю смогу ли простить. Я жду, когда ты мне все расскажешь. Это раз. После того, как ты поступил, я не могу просто переключить тумблер в голове, чтобы тут же все стало как было. Это два. Я не знаю, что и как будет. Я только решила, что дам этой ситуации шанс разрешиться естественным путем.
— Я люблю тебя, Лора.
— Я не верю тебе, Макс. Когда любят, так как ты поступил, не поступают. Или ты как-то так любишь, что можешь, когда тебе удобно по щелчку пальцев отключать любовь и снова включать? — спросила я.
— Дело в Платонове? — увильнул он от ответа.
— А причем тут Платонов?
— При том, что стоило ему появиться, ты снова включила стерву.
— Да пошел ты, Рихтер. Стерву включила? А ее и не отключала! — я повысила голос настолько, что водитель с удивлением глянул на меня в зеркало заднего вида. — Как включилась эта стерва во мне два года назад, так и не отключалась. И Назар здесь ни при чем.
— Это тебе так кажется, — ухмыльнулся Макс.
— Слушай, у тебя вообще нет никаких прав, ни предполагать, ни в чем-то меня обвинять, даже намекать на что-либо, у тебя права нет! Останови машину!
— Лора…
— Остановите машину! — рявкнула я водителю.
— Он не понимает по-русски.
— Stop the car here! — повторила я по-английски, будучи уверенной, что это он должен понять.
Водитель аккуратно сбросил скорость и остановился на обочине.
Я открыла дверь и выбралась наружу.
— Лора, постой, — Макс тоже вышел.
— Что ты хочешь? — я всем видом показывала Максу, что не собираюсь слушать никаких его увещеваний.
Он внимательно посмотрел на меня. Я знала, что он понимает это мое состояние. Слишком хорошо мой бывший муж знал меня и знал, что сейчас бесполезно что-то мне объяснять или от чего-либо отговаривать.
— Позвони, если тебя нужно будет забрать. Куда бы ты там не собралась.
Я хлопнула дверью.
— Привет Платонову, — бросил Макс прежде, чем сесть обратно.
Не удержался от подкола. Что не было похоже на Макса. Никогда он не позволял себе такой примитивной пошлости. Это означало только одно — Макс Рихтер в ярости, если позволяет себе такие приемчики.
«И что ты будешь делать, Лора?», — спросила я себя, когда машина уехала.
«Можно сейчас встретиться», — написала я Назару.