Потому что рано или поздно она заплатит за то, что сделала.
Мне плевать, замужем она или нет.
Это не меняет того факта, что она, блядь, моя.
Глава 28
НАОМИ
Может ли земля разверзнуться и поглотить меня?
А еще лучше, может ли выплюнуть меня в параллельную реальность, где я не должна позволять своему мозгу сковывать мое сердце и душу?
Потому что такими темпами я приближаюсь к точке невозврата.
Моя рука ощущается такой же холодной, как морозная зима в Киото, когда она прижимается к руке Акиры.
Я хочу вырваться, убежать, спрятаться.
Беги, прячься, и тебя будут преследовать.
Но мой мозг удерживает меня на месте, и на моих губах появляется импровизированная улыбка.
Я пытаюсь сосредоточиться на светской беседе Акиры с Ашером или на том, как Рейна задает мне всевозможные вопросы, но это невозможно.
Мое внимание каждый раз возвращается к Себастьяну. К тому, как его завораживающие глаза стали ледяными, а острые черты его красивого лица затвердели. К тому, как его куртка облегает его широкие плечи и узкую талию. К тому, как прядь его волос упала на лоб или как тень падает на его скулы.
Я не могу перестать смотреть на него.
Или наблюдать за ним.
Он пробудил что-то во мне, когда боролся и трахал меня на деревянном полу своей гостиной.
Зверь, который узнает свою жертву.
Голодное существо, которое просто не может насытиться.
Я провела бессонную ночь, ворочаясь в постели, прокручивая каждую деталь в своей разбитой голове и мучая свое изголодавшееся тело.
То, что мы делали, было неправильным, запретным и абсолютно ненормальным на очень многих уровнях.
И все же я жаждала большего.
И все же это все, о чем я была в состоянии думать.
Потому что в этом и заключается особенность запретного плода. Одного вкуса недостаточно. Желание продолжает расти и расти, достигая высот, которые приведут только к гибели, если сбросить его.
Может быть, это то, что я действительно должна делать.
Упасть.
Темно-красные ухоженные пальцы змеей обвиваются вокруг бицепса Себастьяна.
Я вскидываю голову и вижу красивую рыжеволосую девушку с пухлыми губами, длинной элегантной шеей и поразительными карими глазами. На ней золотистое платье без бретелек, облегающее ее высокую стройную фигуру. Фигура, которая в настоящее время прижимается к Себастьяну с непринужденной фамильярностью.
На ее губах появляется ослепительная улыбка, и она адресована только ему.
И тут что-то происходит.