Теперь, когда она позаботилась о том, чтобы ее драгоценный наследник не умер, она просто будет жить дальше, как ни в чем не бывало.
Подавив стон боли, я тянусь к телефону на краю стола. Нейт принес его раньше, прежде чем отправиться заниматься одним из своих дел.
Я включаю Wi-Fi, и одновременно накапливается тысяча пингов. Сообщения от Оуэна, Ашера и даже Рейны. Другие друзья. Другие люди.
Как раз в тот момент, когда я собираюсь очистить все уведомления, я кое-что замечаю.
Кое-кого.
Сообщение от Наоми, и ему исполнился день.
Выпрямляясь, я игнорирую боль и нажимаю на него быстрее, чем когда-либо в своей жизни.
Наоми: Я в порядке. Я выжила. Едва ли. Но я кое-что там потеряла, Себастьян. Я потеряла часть себя, которую, думаю, никогда больше не найду. Я просто делаю все возможное, чтобы быть рядом с мамой. Она решила провести свои последние дни в Японии, и я последовала за ней. Это место привязалось ко мне, и я не думаю, что захочу уезжать, даже после того, как мамы не станет. Не пытайся найти меня, потому что как только ты это сделаешь, я снова сбегу. Я больше не могу смотреть на твое лицо, не вспоминая, что со мной случилось. Я продолжаю задаваться вопросом, стоило ли спасать тебя такой ценой, или может, это тебе следовало быть тем, кто пожертвовал бы собой. Я никогда не узнаю ответов на эти вопросы, но я точно знаю, что все, что я чувствовала к тебе, исчезло в тот момент, когда я приняла удар за тебя. Я никогда больше не смогу быть с тобой, не испытывая боли, и поэтому я прекращаю все, что у нас было. Живи хорошо.
Чем больше раз я перечитываю его, тем сильнее сжимаю телефон, пока костяшки пальцев не белеют.
В конце концов, мой кошмар не был ошибкой.
Они изнасиловали ее.
— Бля… — бормочу я с болезненным стоном, когда моя грудь сжимается так сильно, что невозможно дышать.
Я хватаю в охапку свою больничную рубашку в том месте, где находится мое сердце, и прерывисто дышу.
Безобразие ситуации похоже на тяжесть на моей груди, но я не позволяю обстоятельствам управлять мной.
Я нажимаю кнопку вызова и подношу телефон к уху. Я удивляюсь, когда он звонит. Я не знаю, почему я думал, что она выключила свой телефон.
Мой пульс учащается с каждым звонком. Как только я думаю, что звонок перейдет на голосовую почту, она берет трубку. — Алло?
Мое сердце колотится о грудную клетку, и часть удушья проходит.
Я столько всего придумал, чтобы сказать ей с тех пор, как проснулся, но теперь, когда она на другом конце провода, а я не знаю, что сказать.
Резко втягивая воздух, я произношу единственные слова, которые чувствую глубоко в своих костях. — Детка… Прости.
— Ты тот, кто сказал никогда не извиняться за то, к чему ты никогда не прикладывал руку, — ее голос апатичный, бесцветный, и я чертовски ненавижу это.
Я ненавижу, что она чувствует себя далеко — как физически, так и эмоционально.
— Но я не смог защитить тебя, и ты винишь меня за это. Я все прекрасно понимаю.
— Ты ничего не понимаешь. Тебя там не было.
— Но сейчас я здесь, и я буду рядом с тобой.
— Ты мне не нужен.
— Но ты мне нужна.
— Это твоя проблема, а не моя.
— В этом сообщении говорил гнев. Я знаю, что тебе не все равно.
— Нет. Я поняла, что нет.
— Ты сказала, что любишь меня, Нао.