Закатываю глаза, убеждаясь, что Настя восприняла мой рассказ как надо… Поверила мне. Даже документы и прочие доказательства измены ее папаши не пришлось демонстрировать.
— Погоди… А если они меня не возьмут? Прогонят?
— Папа хоть и предал меня, но тебя любит, Насть. Не посмеет он родную дочь прогнать. У тебя билет имеется. И отдельный номер в гостинице. Так что… Все будет хорошо.
— А ты чем заниматься будешь? Разводом? — грустнеет она. — Мам, я должна буду эту идиотку терпеть? Хотя… Я ведь могу ее донимать? Издеваться?
— Конечно. Это приветствуется.
— Тогда я ей не завидую. Капустина взвоет от ужаса.
— Кочанова.
— Идиотова, блин. Мерзавкина и Подлецова. Боже, мам. Как ты терпела столько времени. Ты у меня боец.
Людмила рискнула мне помочь. Она позвонила Максиму и настоятельно посоветовала ему не совершать никаких сделок во время аудиторской проверки.
Сволочь с облегчением согласилась, рассказав о предстоящем отпуск понимаете?
Отпуск у него.
А мне он сообщил о командировке…
Да еще и таким видом… Вы бы его видели, — важны серьезный… Будто его в Белый дом пригласили.
Я убедила Макса пожалеть «бедных» квартирантов. Научившись вранью у мужа, я «вспомнила»
закон, запрещающий выселять людей раньше указанного в договоре срока.
Нехотя, но он согласился дать пожилой паре месяц на выселение… Еще и умницей меня назвал, хлопнув по заднице.
Сволочь и гад… Но я терплю, верите? И последних сил держусь, считая дни до их отъезда.
— Ты мне костюмы не клади, Сонь. Жара такая… — важно командует Макс, крутясь перед зеркалом в прихожей.
— Как это не клади? У моего любимого мужа важная командировка.
И губы усилием воли тяну в подобии улыбки. Кажется, я похудела за эту неделю..
Стресс лишил меня аппетита и сна. Одежда вся висит…
Вот провожу гадов в отпуск и устрою себе шоппинг — деньги-то есть…
— Жаль, что не смогли пойти на годовщину свадьбы, правда? — нарочито тоскливо вздыхает
Макс.
— Конечно, милый… И мне жаль. Ноя сама к ним сбегаю, поздравлю.
— Вернусь из командировки — махнем в Архипо-Осиповку, да, Сонь?
Господи… ну и урод. Меня, значит, на Черное море, а мымру эту…
— Конечно. Обожаю это милое местечко. Там такие пирожки с мясом на вокзале.
Объедение.
Ничего, голубки. Недолго вам куковать осталось… Судьбинушка накажет вас.