— Что бы ни случилось, — отмахнулся я, — я рад, что успел пережить с тобой так много.
— Я еще не собираюсь умирать.
— Ну это само собой. Я о том, что если я умру сегодня — что ж, жизнь я прожил хорошую.
Она опустила глаза.
— Тебе совсем не обязательно умирать сегодня.
— Я знаю. Попробую продержаться.
— Я люблю тебя, Сэм.
— И я тебя люблю, Кэт Лоример.
Она подошла вплотную ко мне, мы обнялись и поцеловались. Мы оба знали, что это может быть наш последний поцелуй. Что, может быть, больше нам уже никогда не быть наедине друг с другом. И потому то был долгий поцелуй — а объятья были столь крепки, будто мы боялись, что сейчас кто-нибудь из нас превратится в дым и исчезнет.
Там, внизу, Донни коротко, но громко вскрикнул.
И Кэт выпустила меня. В ее глазах полыхало отчаяние.
— Пора идти, — сказала она твердо.
42
— Сэм! Кэт! Помогите мне! — кричал мальчишка.
Мы вернулись к краю выступа — как и прежде, ползком — и глянули вниз. Снегович все еще держал Донни за волосы.
Впрочем, кое-что в картине изменилось.
Кровь теперь текла из почти десятисантиметрового диагнонального разреза над левым соском Донни. Будто парень был натурщиком какого-то безумного художника, яростно махнувшего на него кистью, щедро окунутой в красную краску. Потеки уже миновали талию и достигли середины его бедра.
— Эй вы там, наверху! — взревел Снег. — Даже не пытайтесь сделать вид, что вас тут где-то неподалеку не водится! Спускайтесь живо, а не то у меня терпелка крюкнется! Видите парня? Не послушайтесь — я его прямо тут свежевать начну! Спускайтесь, говночисты, слышите?
Кэт подалась назад, то же самое сделал и я. Мы переглянулись.
— У меня есть план, — сказала Кэт. — Я спускаюсь.
— Может, пока не стоит?..
— Я считаю до десяти! — голосил Снегович. — Пока я считаю, пораскиньте мозгами! Будете ныкаться — увидите, как я парнишку к ногтю прижму да по ветру пущу! Прямо на ваших глазах — если не покажетесь и не придете ко мне! Ну а если вы ушли и не слышите меня — что ж, влип ваш Донни, крышка ему что так, что эдак! Вас никто не просил уходить. Надо было сидеть в гребаной машине! Итак, раз!
— Я спущусь и скажу ему, что ты умер, — принялась быстро объяснять Кэт. — Скажу, что мы доползли наверх, но твои раны после аварии были слишком тяжелые, и ты истек кровью.
Я покачал головой.
— Сэм, не на…
— Два!
— Не стоит тебе туда идти! Он поймет, что ты врешь!
— Три!
— Не поймет и не узнает! Чтобы это проверить, ему придется лезть сюда! Он не сможет! Не в такую жарищу!
— Если ты спустишься, ты только…