Тонкой струёй армия втягивалась на разбитые и опустошённые улицы города. Повсюду можно было встретить тела, как защитников, так и жителей. От флота Грейджоев уже и след простыл, но горожане не торопились покидать свои убежища, даже зная о принадлежности воинства. Лишь несколько мест остались нетронутыми во время набега, но от того легче не становилось. Высокая башня Хайтауров, по сути, древний маяк города, выглядела нетронутой, но огонь на её вершине потух, да и не встречал их никто, так что о судьбе местных властителей оставалось только догадываться. То был закономерный итог внутренних распрей, что затронули не только Простор, но и весь Вестерос.
- Задери Неведомый этих ублюдков! – почти прорычал Эдмунд, в ярости оглядывая разрушения города. Даже сорваться на ком-то не было возможности, ведь стоило островитянам узнать, что к городу направлялась королевская армия, то те мгновенно поспешили убраться из Староместа, набив трюмы добычей. – Бейлон Грейджой ещё пожалеет о том, что посмел высунуть свой мерзкий нос из той дыры, что он называет своими владениями. Клянусь Семерыми, я этого так не оставлю!
- Какие будут приказания, ваше величество? – хмуро обратился к Гарденеру Тарли, что так же полностью разделял его эмоции. Красный Охотник был привычен к последствиям войны, а потому более терпимо относился к увиденным разрушением. Однако даже он вынужден был признать, что внутри него всё клокотало от осознания наглости, с которой заявились в их край пираты.
- Вы знаете, что делать, лорд Рендилл. Используйте войска и фураж, чтобы помочь выжившим. Восстановите всё, что сможете и накормите тех, кто в этом нуждается. Скоро я к вам присоединюсь. – отдал Эдмунд приказ, а после направил Камритав вперёд. Компанию королю всё так же неизменно составляли Марвин и Корбрей, а также несколько десятков рыцарей Белой Длани, в числе которых были и Фланы.
- Не такое я ожидал увидеть, когда планировал вернуться в Цитадель. – мрачно, без привычного ворчания прокомментировал увиденное Марвин.
Королевское сопровождение проехало мимо башни, что некогда была маяком знаний. Конлав всегда виделся им обоим врагом, но мужчины никогда не желали застать хитрых мудрецов повешенными на собственных цепях и с выпущенными кишками. Их тела уже начали гнить, болтаясь на ветру. Эдмунд испытывал разные эмоции, когда наблюдал за этой картиной. Теперь реформы структуры Цитадели пройдут более гладко, но ценой тому была смерть многих выдающихся специалистов этой эпохи. А сколько знаний и книг было утеряно, когда островитяне ворвались в разбитые ворота единственного в своём роде университета, оставалось только гадать.
- Возьми с собой несколько десятков людей, Марвин. – без ярко выраженных эмоций в голосе приказал наставнику Гарденер. – Займись тем, что умеешь – наведи порядок. Будем надеется, что выжило куда больше мейстеров и школяров, чем кажется на первый взгляд. – взгляд короля был хмур во время этой речи. На самом деле особых иллюзий он не питал. Сторонники Старого пути на Железных островах не любили, как септонов, так и мейстеров, так что ожидать больших успехов не стоило.
- Полагаю теперь я не вылезу отсюда вплоть до самой смерти. – мрачно пошутил архимейстер, но никто из присутствующих так и не понял было ли это шуткой на самом деле. – Сделаю всё в лучшем виде, но как только освободятся хотя бы пара сотен солдафонов Тарли, то я ожидаю, что ты немедленно пришлёшь их ко мне. Толку от них немного, но я уверен, что в Цитадели сейчас такой бардак, что эти олухи вряд ли смогут сделать ещё хуже прежнего.
- Будь уверен, Марвин. – кивнул на просьбу мужчины Гарденер, меняя курс в ином направлении. – Пока что назначаю тебя временным верховным мейстером Цитадели. Официальный приказ вступит в силу, как только мы разберёмся с последствиями нападения. – на это новому верховному мейстеру оставалось только кивнуть. Должность эта была придумана Эдмундом по ходу дела, но с учётом обстоятельств оспорить его решение уже никто не смог.
Далее путь короля лежал к единственному относительно целому и уцелевшему зданию в округе – Звёздной септе. При подходя к храму стало понятно, что древняя резиденция верховных септонов пережила длительный натиск и осаду, всё-таки богатства септ до недавнего времени были известным по всему Вестеросу. И всё же развивающийся на куполе штандарт Сынов Воина давал Эдмунду надежду на то, что жрецы смогли отстоять свою обитель. К тому же во многих таких случаях большинство горожан старается укрываться именно в церкви.
Гарденер не прогадал. Втаптывая в грязь тела железнорождённых, что уснули вечным сном под стенами величественного храма, мужчина мог наблюдать за тем, как воины Тарли медленно стягиваются именно сюда. Ворота уже были отворены. Измождённые и голодные люди со слезами на глазах встречали королевское воинство и обозы с провиантом. Стоило же подъехать к главному входу и Эдмунду, как некто выглядевший, как настоятель храма преклонил перед ним колено, а вслед за ним потянулись и рыцари в радужных плащах, и благодарные жители, что вот-вот были готовы утратить надежду, если бы не приход королевских войск.
Глядя на картину, что окружала его, Эдмунд плотнее сжал зубы. Кем бы не мнил себя Бейлон Грейджой или тот, кто направил его в набег на Старомест, но он глубоко пожалеет о содеянном. Теперь Простор был как никогда един в своей жажде мщения и справедливости. Слухи об учинённых зверствах уже вскоре разлетятся. К чему ему теперь переживаться о Железном троне и обо всем подобном, когда сердце и душа жажду сравнять Железные острова с морем? Очень давно Гарденер не желал кому-то смерти так сильно и яростно, как сегодня. Что же, пора бы культу Утонувшего бога кануть в небытие из которого тот и пришёл.
Глава 50. Совет Львов
298 г. от З.Э.
Красный замок. Заседание Малого совета.
В просторном зале, где уже не один год решалась судьба всего континента, заседали первые лица нового, но пока ещё несовершеннолетнего, короля на Железном троне. Сам Джоффри Баратеон на заседании отсутствовал, предаваясь увеселениям и празднуя победу над собственным дядей Станнисом. Впрочем, лорд Штормовых земель и Драконьего камня родство с новым монархом не признавал, а потому выдвинул свои притязания на трон Семи Королевств, что послужило началом и концом древней династии.
Младший из троицы братьев Ренли, после потери поддержки Простора, двинулся из Горького моста на Штормовой предел, который был осаждён братом средним. Цель была провести переговоры, возможно, договориться о союзе, или хотя бы разойтись миром, однако, цели этой молодой самопровозглашённый король так и не достиг. Он был таинственно убит на следующую же ночь после переговоров со своим старшим братом, который завладел регионом по праву старшинства. Объединённая армия штормовиков и объединённый королевский флот вместе с кораблями лордов Узкого моря двинулся на Королевскую гавань, рассчитывая прибрать столицу к рукам и поставить точку в вопросе престолонаследования.
К сожалению или же к счастью, такой удачной шанс был упущен. Благодаря помощи вовремя подоспевшего Тайвина Ланнистера войска Станниса потерпели поражение, флот был частично уничтожен дерзким планом временного десницы короля Тирионом Ланнистером по прозвищу Бес. Вместе с чудесно выигранной битвой на Черноводной погиб и сам Станнис, после чего голова среднего брата Баратеона присоединилась к голове бывшего лорда Севера Эддарда Старка. Отныне не имея альтернатив, лорды Штормовых земель преклонили колено перед Железным троном и признали Джоффри своим королём. Новым лордом был провозглашён Томмен, а регентом при нём никто иной, как Тайвин Ланнистер, что после триумфального спасения столицы занял полноправное место десницы.
Сейчас Лев с Утёса Кастерли и верховный лорд Западных земель занял главенствующее положение на совете. По обе руки от него находились иные члены совета. Его сын и вроде как наследник Тирион, занявший пост мастера над монетой в отсутствие Петира Бейлиша, что отправился на переговоры в Долину. Неизменные мастер над шептунами Варис и великий мейстер Пицель. Естественно, не обошлось без присутствия его дочери – королевы-регента Серсеи Ланнистер. В тоже время ещё трое мест в данный момент пустовали. Эстермонт был смещён с поста мастера над законом ещё в начале войны за неблагонадёжностью, а его место было обещано Мартеллам во время обмена письмами с принцем Дораном и Тирионом Ланнистером. Глава Королевской гвардии сир Джейме Ланнистер сейчас находился в Речных землях, где боролся с Молодым Волком. А верховного септона уже давно перестали допускать на подобные обсуждения по приказу королевы.
- Что же, полагаю мы можем приступать. – отложил в сторону один из документов Тайвин, внимательным и холодным взглядом проходясь по всему присутствующим. Многим из которых пришлось довольствоваться ярко выраженным презрением в глазах лорда Утёса. Исключением не стал и его сын карлик, что так и не получил своего заслуженного признания после помощи в защите столицы.
- Давно пора. – коротко прокомментировал слова отца Тирион, отпивая из кубка вино. – Кажется ещё немного и того и гляди великий мейстер заснёт. – обратил он внимание на клюющего носом старика, что после этой фразы мигом подорвался со своего места и стал судорожно оглядываться.
- Очень смешно. – имея ввиду совершенно обратное высказался лорд Запада. – Я собрал вас здесь, чтобы решить возникшие в ходе моего отсутствия проблемы.
- Разве у нас есть проблемы, отец? – вскинула бровь Серсея, выражая своей манерой говорить всё что женщина думала по этому поводу. – Джоффри – король. Станнис и Ренли кормят червей, а Джейме вот-вот разгромит Старка. Не думаю, что в таких обстоятельствах у нас могут возникнуть проблемы.
- Это ты так думаешь, - смерил дочь нечитаемым взглядом мужчина в годах. – На деле же корона полностью в долгах и только чудо в моём лице помогло удержаться Джоффри на троне. Северный мальчишка пусть и молод, но у него есть неплохие советники, которые помогают тому выигрывать сражение за сражением, пусть и с переменным успехом. Больше половины нашей армии борется с союзом Старков и Талли, а у нас самих нет союзников, как и ресурсов, чтобы выйти из этой войны победителями. – прокомментировал ситуацию, как видел её только он, лорд Тайвин. Лицо королевы от этих слов заметно скисло, а иные присутствующие и вовсе напряглись, поняв, что обсуждаемое дело как никогда серьёзно.
- Кажется отец хочет спросить нашего совета как поступить, дорогая сестра. Иначе бы мы здесь не сидели. Хотя ты, как всегда, можешь просто послушать, что скажут. – искренне отозвался сестре после речи отца временный мастер над монетой. Прожигающий ненавистью взгляд королевы-регента впился в фигуру карлика. Однако под испытующим взором десницы та предпочла действительно помалкивать и не затевать свар почём зря.
- Довольно. Я жду предложений, как выбраться из той помойной ямы, куда нас занесло благодаря вашей некомпетентности. – процедил верховный лорд Запада, чей взгляд порой заставлял стынуть в жилах кровь.
- Разве ты уже не послал Бейлиша для переговоров с Лизой Аррен? К тому же Мартеллы пусть не отвечают на наше предложение согласием, но и не отрицали возможности принятия. Принц Доран ответил, что в скором времени собирается посетить Королевскую гавань. Так что на мой взгляд наши дела не столь плачевны, как ты описываешь. – поделился вескими доводами Тирион, но тут же услышал, как его сестра и королева-регент отчётливо прыснула в ответ на его слова.
- Ты обещал мою дочь Мартеллам, когда дорнийцы желают нашей семье гибели. Ничего не скажешь – надёжный союзник. А Лиза Аррен и вовсе истеричка, так ещё и родственница изменников. У Бейлиша разве что получится развеселить её придворных, нежели действительно добиться помощи. – весьма едко осудила решения отца и брата Серсея.
- У Бейлиша действительно мало шансов на успех, но кроме Лизы Аррен в Долине полно лордов, имеющих свои интересы. Шанс есть всегда. – отреагировал на слова детей веским словом Лев с Утёса. – Что же касается Мартеллов, то принц Доран осторожный и разумный человек, в отличие от его брата. Стоит лишь подобрать нужную цену и Дорн встанет на нашу сторону. Признаю, Тирион, здесь ты оказался полезен и сумел удивить меня своим поступком. – неожиданно для всех присутствующих похвалил нелюбимого сына лорд Тайвин.
- Надо же, похвала. Так ещё и от тебя. Должно быть завтра солнце встанет на западе. – сдержанно отреагировал на слова отца Бес, прикрываясь сарказмом и иронией, хотя на самом деле сказанное пришлось ему по сердцу.