Между адом и раем: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Руки-ножницы улыбнулся на это замечание и снова подошел к столу. Он сел на край столешницы и продолжал перебирать фотографии. Время от времени он посматривал на нее своими чудовищными глазами и улыбался.

— Жаль. Мы стараемся предоставлять заключенным все услуги. Какая у вас специальность, доктор?

— Я педиатр. Я помогаю детям с нервными расстройствами. Еще пишу детские книги.

— Ах, так вы знаток человеческой психики. А я вот не имею никакой ученой степени, всю жизнь был военным. Правда, еще и политиком, что делает и меня неплохим психологом.

— Я могу задать вопрос? Почему я здесь, генерал?

— Вы что, сама хотите быть следователем?

— Я хотела бы знать, почему меня удерживают здесь против воли?

— Вы задаете простые вопросы, доктор. Очень хорошо для начала. Вы здесь потому, что вы — пешка.

— Я — пешка?

— Да. Пешка, возможно, чем-то напоминает королеву, но она все равно лишь маленькая пешка. Можно нам поиграть пешкой?

Вики сидела тихо, решая, как лучше всего играть в эту опасную игру. Только расскажите правду, говорил ей майор Диас. Она решила послушаться его.

— Вы держите меня здесь потому, что хотите использовать меня. Вероятно, для того чтобы добраться до Алекса Хока? — спросила Вики, глядя ему прямо в глаза. — Как вы намереваетесь сделать это?

— Очень хорошо! Наша беседа может окончиться довольно быстро, хотя начало мне уже нравится.

— Это хорошо, что быстро. Значит, время моего пребывания здесь можно значительно сократить, генерал. Когда вы отпустите меня?

— Если вы все сделаете так, как я скажу, и ваши усилия будут соразмерны требуемому результату, то вас освободят целой и невредимой.

— Вы даете мне слово?

— Моя милая сеньорита, у вас нет никакого выбора. Пешку в любой момент могут съесть, понимаете?

— Понимаю. В таком случае почему мы не начинаем?

— Да ради Бога!

Мужчина открыл ящик стола и положил на стол кассетный магнитофон и толстую газету.

— Пожалуйста, пододвиньте свой стул к столу. Так вам будет удобнее вести запись.

Она сделала, как ей сказали, и почувствовала, как ее захлестнула волна ужаса. Фотографии, на которые смотрел Руки-ножницы, были явно не из его семейного альбома. Это были снимки женщин с отрезанными пальцами, ушами, сосками.

Вики подавила рвущийся из горла крик и заставила себя дышать ровно. Она едва слышала то, что говорил мужчина.

— Перед вами текст, который вы должны прочитать в этот микрофон. Сначала произнесете свое имя, а затем зачитаете это сообщение, адресованное Алексу Хоку. В нем говорится, что вы теперь — политическая заключенная. Вы были взяты в заложники кубинской национально-освободительной группой, известной как Telaraca. Потом вы можете сказать от себя. Умоляйте вашего возлюбленного. Скажите ему, что ваша жизнь будет напрямую зависеть от того, как ревностно ваш друг Хок будет следовать нашим указаниям.

— Каким указаниям?

— Вас это вообще не должно беспокоить. Я сам сообщу их, когда вы закончите. Я скажу, чтобы Хок использовал все свои связи в Вашингтоне — в Государственном департаменте и в Белом доме и отговорил Соединенные Штаты от любой агрессии или оскорбительного действия в отношении нашего нового правительства.

— И все?

— Почти. Вы случайно не слышали, говорил ли Хок о некой карте? Карте сокровищ, если быть более точным?

— Нет, никогда.

— Не по этой ли причине он вернулся на Экзумы после всех этих лет?