Броквен. Город призраков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я кивнула, водя зубами по губе. Идея была не без риска попасться бдительным призракам Джайвана, случайно выдать себя мыслями или голосом. Но если постараться, вжиться в роль истинных предвестников Отца, устроить настоящее шоу, что потрясёт призраков… Мы наведём шума с такими костюмами и масками, плакатами и возгласами и заставим Джайванцев спалить местоположение четвёртого Особенного! Можем же мы, предвестники Отца, исполнить его волю и отравить Особенного? Можем, ещё как можем! Ха-ха, да мы станем настоящими актерами погорелого театра! Я, конечно, не актриса, но вертеться как-то придётся… Очень умело вертеться.

— Мы притворимся предвестниками Отца, устроим на Празднике сущий хаос и таким способом найдём четвёртого Особенного, — озвучила я наш план, поправляя складки плаща и завязывая тугой узел, чтобы мантия не выдала ни единой знакомой детали. Ткань оказалась плотной и широкой, а потому скрыла все тело, оставляя открытыми лишь туфли и гетры. Даже тяжело оказалась водить руками под мантией. Шикарно.

Мартисса вдохнула полной грудью и надела на жезл Эйнари флаг с Отцовскими лозунгами. Затем взяла тоненькую деревяшку с плакатом и осторожно просунула в дуло дробовика, облизывая губы. Кёртис скривился, драматично охая и ахая, но все же дал Марти полностью всунуть деревяшку. Телагея взяла маленький флажок и надела маску. Заместо миленького круглого личика теперь была расплывчатая физиономия привидения с чёрными впадинами, тканевыми слезами и растянутой пастью.

— Ну как, страшно-о-о? — Тела изобразила злобный смех, выдвигая ручки вперёд и рьяно двигая пальцами. — Я привиде-е-е-ение, ме-е-е-ерзкое и отдающее запахом тухлых яиц!!! У-у-у, я люблю Отца-а-а-а!

Юнок отпрыгнул от хозяйки, растеряно блея, а мы дружно засмеялись с маленького Отцовского предвестника с писклявым скрипучим голоском и в неприметных туфельках.

Мартисса сняла свою фирменную шляпку и убрала в рюкзак к Эйдану, а на зонтик прикрепила на кнопки последнюю поэму с воспеваниями Отца.

— Прости, зонтик папеньки, так надо, — засипела Марти, тихо усмехаясь, — возвращение настоящей любви требует жертв. Никогда бы не подумала, что обклею свой зонтик такими ужасными поэмами, мы действительно примеряем роль других Особенных, как бы такими не стать!

— Фамильный дробовик Револов… — простонал Кёртис, заклеивая красивую позолоченную гравировку с фамилией пластырем. — Эх, что же с тобой стало… что стало со мной…

— У-у, вот это у меня будет опыт! — весело загоготала Телагея. — Буду на Небесах рассказывать всем-всем-всем, как мне пришлось побывать в теле врага!

Мартисса надела на себя плащ и маску, за ней охающий Керт. Особенные призраки из доблестных героев превратились в жутких мертвяков, от которых прямо-таки веяло духом Отца, смердело могильной пылью и химикатами ядовитого смога. Темно-синие плотные тяжелые мантии создавали впечатление, что по людские души пришли сами всадники апокалипсиса. Маски с выразительными мордами внушали страх и восхищение одновременно, если посмотреть на яркие зеленые плакаты с девизами и лозунгами. Даже у Юнка была маленькая маска! Действительно не узнать…

Эйдан надел плащ и маску, протягивая мне такую же.

Когда посмотрела на себя в зеркало, то сначала испугалась.

— А из меня ничего такая мертвячка, — хохотнула я, чувствуя, как магия Призрачной броши собирается в большой комок и прячется в глубинах мантии, — симпотная…

— А то, — я увидела поднятые уголки губ Эйдана, что уже крепко держал недо Эйнари. — Твоя бледная Броквеновская кожа дополняет ещё!

Сказал Эйдан, который, живя в Броквене, также обладал бледной не загорелой кожей, хах.

Вздохнув и проверив, готова ли моя магия к выходу, я вытянула руку вперёд.

— Каждому нужен Отец? — вопросила, словно какой-то депутат.

Вы спросите, почему я не рассказала ребятам об Отце? Несмотря на то что сходства были, я все-таки… не спешила страшиться. Я уже за жизнь научилась внушать себе, что все страшные мысли — всего лишь в моей голове и только, они не происходят в реальности. Так может быть я нашла сходства там, где их нет и не было в помине? Может, я все же ошибаюсь? Запрограммированный отрицать все страшное, мозг отказывался верить в мои догадки и находил оправдания. Упорно. Мне было так страшно это осознавать, что просто не верилось. Поэтому я решила в кои то веки не наводить суету, собраться с мыслями и подождать до следующего показа воспоминаний. Может, магия ещё даст ответ? Хоть бы это все было неправдой, пожалуйста…

— Каждому нужен Отец, — Эйдан также уверенно протянул замаравшуюся пылью ладонь с растопыренными фалангами.

— Каждому нужен Отец! — ручка Телагеи оказалась третьей.

— Ме-е… — и Юнок потянулся.

— Каждому нужен Отец, — промолвила Мартисса, убирая прядь волос за ухо. Её тонкая нежная ладонь почти замкнула круг.

— Съел протухший огурец, — широкая рука Кёртиса его и замкнула.

Заброшенная лавка наполнилась смехом.

— Кёртис!

— С наступающей Ночью Активации! — крикнул с нескрываемым восхищением призрак, на белой футболке которого красовалось вытянутое жуткое лицо, обведённое зелёным сердечком. Очевидно, это было предполагаемое лицо Отца.

— И вас тоже, Ребёнок! — ответил дружелюбно Эйдан, махая флагом с надписью «Мы любим Отца». — Да благословит вас Отец!

Мы были в откровенном шоке, когда вышли из леса на большую дорогу. Валялись конфеты, обертки от фастфуда, разбитые колбы и пробирки.

Дорога была усыпана конфетти, остатками пиньят в форме дробовика, мячика, зонтика и других предметов, связанных с Особенными. Я ощущала гнев Эйдана, когда мы натыкались на наши изуродованные фотографии, непонятно откуда взявшиеся: виднелись обгорелые края у моих детских фото с игрушками, глаза Эйдана покрасили зелёным; портрет Телагеи с Юнком оказался испачкан в рвоте, на фотографии маленького Кёртиса в обнимку с щенком красовались непристойные маркерные надписи, портрет изящной Мартиссы просто порвали, а фото женщины средних лет прожгли кислотой.

Вокруг висели разных мастей плакаты и баннеры, на которых часто красовался Отец со шпагой в руках. Высокие, расплывчатые и волнистые фигуры со впадинами вместо глаз сопровождали нас самодовольной ухмылкой, кончики нарисованных шпаг вызывающе блистали. Самые разнообразные надписи вызывали мурашки, они рассказывали о безграничной любви к Отцу, предстоящей Ночи и восстании мёртвых броквеновцев. На зацветших ярко-зелёных деревьях, чьи переспелые плоды светились желтым и белым неоном, висели праздничные ленты, украшения в виде колб с ядом, вытянутых призрачных лиц и маленькими Порталами Безрассудия.